Книга Пламя в небе, страница 140 – Софи Джордан

Я никак не ожидал, что отказ жены от близости со мной так сильно меня уязвит. Отправляясь на юг, я не думал, что у меня вообще возникнут какие-либо чувства к невесте, на которую я собирался предъявить права. Но теперь боль обиды пронизала все мое существо, как туман, наполнявший мою жизнь. Как незаживающая рана в боку. Я был женат на женщине, которую желал. Отчаянно. Неожиданно для себя самого. Тем не менее. Я страстно желал ее.

А она меня – нет.

Она ясно дала понять, что жить с ней как настоящие муж и жена мы не будем. Но я не переселился в другую комнату. Я – идиот, глупец – продолжал спать с ней в одной постели.

Зияющая пропасть между нами не уменьшилась. Ни в последующие дни. Ни через неделю. Ни через две. Напротив, эта пропасть ширилась с каждым днем.

Как будто мне нравилось заниматься самоистязанием. Другого объяснения не находилось. Я спал с ней на нашем супружеском ложе – впрочем, толком и не спал: мешали постоянный стояк и пульсация в ладони. Лежать подле нее, не притрагиваясь к ней, сдерживая себя, не смея протянуть к ней даже руку… это невыносимая мука. Когда мы оказались разлучены, и то было лучше. Не то чтобы лучше, но, по крайней мере, не так мучительно. А сейчас это просто агония.

Когда нас разделяли многие мили, ладонь тоже постоянно зудела, но больно не было. А сейчас боль от руки расползалась по всему телу, превращая его в одну большую ноющую рану.

Разве это нормально? Неужели все семейные пары, скрепившие свой брак кровью, проходят через это? Почему меня не предупредили? Если б знал, ни за что не согласился бы на такое. Ни за что не позволил бы соединить наши окровавленные ладони.

Я стремился отвлечься от душевных переживаний, и мне было чем заняться – во всяком случае, в дневные часы. Я с готовностью хватался за все, что требовало моего внимания, а за почти двухмесячное отсутствие накопилось много дел.

Нужно было возобновить боевые учения, ведь я по-прежнему намеревался двинуться с армией на Город. В этом мое решение не изменилось. А с возникновением опасности, связанной с появлением драконов, задача стала еще более насущной. Я как никогда был уверен в необходимости свержения Гамлина, и подготовку к походу следовало начинать уже сейчас.

Кроме того, требовалось отдать распоряжения по поводу укрепления фортификационных сооружений, ибо в мое отсутствие их ремонтом никто не занимался. Также нужно было встретиться с крестьянами, обсудить виды на урожай. Выслушать жалобы вассалов. Выплатить компенсацию семье Аркина. Его жена не знала о предательстве супруга. Никто не знал. Только я. Я. И Тамсин. Рассказывать об этом остальным не имело смысла – тем более что семья Аркина не виновна в его поведении. Я отправил небольшой отряд в замок, где жили его жена и дочери. Мало того что его близкие горевали об утрате кормильца, они теперь еще и тревожились за свое положение в Приграничье. Следовало успокоить их на сей счет. Вместо Аркина я назначу нового вассала, но его вдову и детей без поддержки не оставлю.

И еще. Угрозу нападения драконов никто не отменял. Об этом тоже нужно было помнить.

Сколь бы ни отвлекали меня мысли о жене и собственные страдания, я не забывал о том, что проклятье небес вернулось. Или, вернее, оно никуда не исчезало. Молва об этом уже распространились по окрестным селеньям и за их пределы, посему оставалось только укрепить оборонительные сооружения и обеспечить готовность к отражению возможного нападения дракона. Мы смахнули пыль с катапульт, которые заряжались огромными стрелами из драконьих костей с наконечниками из драконьей чешуи. После того как орудия были проверены на надежность и точность стрельбы, их разместили в бойницах на внешних и внутренних стенах крепости, где они раньше и стояли. Из арсеналов крепости были извлечены все имеющиеся у нас стрелы, мечи и щиты из драконьих костей и чешуи. Их начистили и наточили, привели в боевую готовность. Начались интенсивные военные учения. Требовалось обучить новое поколение воинов тактике борьбы с противником, с которым им никогда не приходилось иметь дело.