Книга Меч света, страница 216 – ГоЛеон

Даже свиток «Меч Света», врученный мне Морасом и разложенный сейчас перед нами на столе, не прояснял ровным счетом ничего. Мы не знали, что это и как оно может помочь нам победить. Единственный план, который хоть как‐то прижился, – идти напролом, неся колоссальные потери. Но и тут оставался вопрос: сможем ли мы хотя бы приблизиться к Аватару?

— Есть еще кое-что, что вы должны знать, – сказал я, дождавшись, пока все стихнут. – Несколько ночей назад я побывал в Лимбе. Меня вытянул туда его страж, чтобы показать нечто важное. Я видел место, где тысячи неприкаянных душ ждут… ждут, что мы победим.

— Подожди, Серый, – возразил Гёте. – Давай сперва о живых подумаем, чтобы они такими и остались. А о мертвых, как известно, принято думать уже после битвы.

— Ты не понял, друг. Они все живы, – сказал я, но в ответ снова увидел только замешательство и непонимание.

— Говори конкретнее, – потребовал генерал. – Ты же видишь, мы не понимаем, о чем ты.

— Все те, кто заперт по ту сторону купола, кого уже давно считают погибшими… Я могу их спасти.

Тишина нависла над главным штабом. И дело было не в том, что это трудно понять. Скорее, никто не понимал, что теперь делать.

— Какой же я дурак… – прошептал Гёте, опуская голову и утыкаясь лбом в стол. Он накрыл ее руками.

— Да не убивайся ты так, – попытался его успокоить Донис, положив руку ему на плечо. – Мы все их давно похоронили.

— Она же мне тогда говорила… – продолжал гном, не замечая утешений. – Во сне видела наших детей. Сказала, что они в ловушке и ждут помощи. А я подумал: с ума сошла от горя… вот и сочиняет. А выходит, она была права.

— Рино тоже знал, – произнес генерал, кивая в сторону их боевого мага.

— Не знал, – будто оправдываясь, ответил тот. – Но… подозрения были. Я даже придумал средство, которое поможет тем, кто вернется, быстрее адаптироваться. Осознать себя в этом мире. Сейчас‐то они… в другой форме бытия.

— В связи с этим возникает резонный вопрос. – Генерал взглянул на меня пристально. – Чтобы они смогли вернуться в свои тела, их нельзя убивать?

— Именно так, – кивнул я. И наконец увидел в их взглядах то, чего ждал: готовность слушать мой план.

Снова в воздухе повис немой вопрос.

— Я прошу вас лишь об одном: доверьтесь мне. Это пророчество… оно мое предназначение. И я начинаю понимать. Вдруг стало ясно, почему именно я, почему Странник. Все вело к этому мгновению. Неважно было, дух ли я закалял или силу. Важно – что я здесь. Сейчас.

— Мы тебе верим, Странник. – Донис поднялся, придавая своим словам вес. – Сначала тебе поверил Гёте, потом Линель. А там, на арене… ты творил такое, что все сомнения отпали. В общем, говори, что мы должны делать, и, будь уверен, мы не подведем.

Каждый сидящий за столом кивнул в знак согласия, будто подписался под его словами. Пусть еще час назад миссия казалась невозможной, теперь же она была просто самоубийственной.

— Бояться ведь нечего? – как бы подытожил Рино. – Даже если кого‐то из нас поглотит тьма, ты, одолев ее, все равно нас спасешь?

— Все именно так, – добавил генерал. – По крайней мере, в теории. Кстати, ты так и не сказал, что за план. Думаю, сейчас самое время.

— Я приму предложение Аватара, – сказал я спокойно. Но, словно взмах крыла бабочки, способный вызвать ураган на другом конце света, мое спокойствие только усилило волну негодования.