Книга Наномашина. Том 4, страница 119 – Хан Джунволья

В Академии они переживали, сможет ли Ёун пройти испытание и стать наследником, но вот настал день, когда он всходит на трон.

— Бедный Хо Бон, – с сожалением проговорил Сама Чхак, переживая что его товарища нет рядом.

К трибуне перед дворцом пропускали лишь воинов высокого ранга от командиров элитных отрядов и выше, а командиры обычных отрядов вместе с другими людьми должны были наблюдать за церемонией издалека.

— Что поделать, таковы правила, – ответил Пэк Ги буднично.

Хо Бон, единственный из присутствующих одетый в синее облачение командиров отрядов, не мог стоять здесь. Церемониальная одежда в Школе отличалась по цвету в зависимости от ранга: у старейшин – фиолетовая, у командиров элитных отрядов – красная.

— Жаль, конечно, ведь Хо Бон так хотел посмотреть на церемонию Патриарха вблизи.

Хо Бона можно было назвать первым и самым верным соратником Ёуна. Он так радовался, когда назначили день восхождения на трон, но повесил нос, когда узнал, что командиры отрядов должны наблюдать издалека вместе с простыми людьми.

— Эй, вон та спина не кажется вам чем-то знакомой? – спросила гораздо более нарядная, чем обычно, одетая в красное Мун Гю и указала пальцем куда-то на трибуну перед дворцом.

Рядом с костром на трибуне показалась чья-то знакомая фигура.

— Хм.

Пока все внимательно ее рассматривали, фигура повернулась и посмотрела на них. Го Ванхыль, Пэк Ги, Сама Чхак вытаращили глаза.

— Хо Бон?

Это, несомненно, был он. Хо Бон, держа в руке факел, смоченный в масле, которым должны были разжечь костер, весело помахал друзьям. Похоже, он получил задание передать факел будущему Патриарху. При виде его широкой улыбки друзья забыли о недавнем сострадании к нему.

— Зря волновались, – спокойно отметил Пэк Ги.

— Да уж, – согласился Го Ванхыль.

И тут со стен вновь послышались барабаны, на всю крепость раздался звук рога. Отворились ворота, и показалась фигура в оригинальной маске. Это был Марагём в церемониальном наряде и с чем-то в руках. Стоявшие по обе стороны от красной шелковой дорожки старейшины, главы кланов и командиры элитных отрядов разом пали ниц.

— Школа Демона! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет! – выкрикнули они, а за ними повторили и люди, стоявшие дальше.

От хора в десяток тысяч человек крепость чуть не задрожала, и, казалось, даже небо отозвалось гулом. В руках Марагём держал Печать Небесного Демона. За ним проследовали две служанки, которые несли корону на подушке. Их сопровождал бой барабанов. Обычно первым на трибуну поднимался предыдущий Патриарх, но Ючжон все еще был без сознания. Его роль взял на себя Марагём, хранитель Печати Небесного Демона, которая напоминала членам Школы о воле Основателя.

Поднявшись на трибуну, Марагём высоко поднял Печать и громко прокричал:

— Члены Школы Демонического Пути, перед вами Печать Небесного Демона!

— Школа Демона! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет!

Хо Бон чуть не задрожал от громких криков толпы. На престол вступал Ёун, а Хо Бон волновался больше него.

— Начинаем церемонию вступления на престол Патриарха Великого Небесного Демона.

— Ура!

Ликующие возгласы прокатились по всей крепости. Под долгий звук рога у входа во дворец появился некто с длинными волосами и бледным лицом. Это был Чхон Ёун в черном одеянии с вышитым золотом драконом. Ёун медленно пошел по красной шелковой дорожке от входа во дворец к трибуне. Несмотря на юность, от Ёуна исходила достойная короля аура, и у наблюдавших за ним членов Школы вырвались возгласы восхищения.