Книга Наномашина. Том 4, страница 86 – Хан Джунволья

— Не уверен, – не мог согласиться Ёун.

Патриарх обострил внутреннюю борьбу своей нынешней политикой и тем, что препятствовал продвижению Ёуна. В присутствии серьезного внешнего врага Патриарх должен был объединить Школу и дать отпор противникам, а его, наоборот, заботило лишь сохранение собственной власти.

— Вам, наверное, тяжело оценить.

— Что за особая перемена? – спросил Ёун, и Марагём ответил, помрачнев:

— В последнее время Патриарх кое с кем разговаривает.

— С кем?

— С принцем Чхон Ючжуном.

Чхон Ючжун был еще одним кандидатом в наследники от клана Меча во время обучения в Академии и сводным братом Ючжона, который отрубил ему руку в борьбе за трон. Если Патриарх потерял доверие к великому стражу, не было ничего странного, что он обратился к кровному родственнику. Однако…

— О чем вы говорите? Патриарх разговаривает с Чхон Ючжуном? Что за бред? – удивленно спросила Ён Мухва с непонимающим выражением лица.

Ничего не знавший Ёун удивился.

— Почему бред?

— Наследник, принц Чхон Ючжун из клана Меча погиб пятнадцать лет назад на войне с альянсом Школы Смерти от рук их правителя Хан Ёна.

— Что?

Хан Ён до сих пор был самым сильным воином, господствовавшим в альянсе Школы Смерти. Тридцать лет назад он завоевал звание одного из пяти лучших воинов Китая и с тех пор ни разу не уступал никому этот титул.

— Если это было тридцать лет назад, то не во время битвы на равнине в Гуйчжоу?

О войне тридцатилетней давности слышали все. В Школе Демона старались скрыть информацию об исчезновении одного из пяти сильнейших воинов и Верховного патриарха Чхон Инчжи, но в итоге информация просочилась, и Школа Смерти, воспользовавшись случаем, вторглась на территорию Школы Демона. На той войне никому не известный Патриарх завоевал звание одного из пяти сильнейших воинов.

— Подождите. Так, значит, Патриарх разговаривает с умершим?

— Не с умершим, а с галлюцинацией.

Марагём обнаружил это после другой войны за возвращение Чжэцзяна. Тогда Патриарх был серьезно ранен и впал в забытье во время лечения, и с какого-то момента страж заметил перемену.

— Патриарх стал смотреть в стену или темное место, где никого не было, и вести беседы. Сначала недолгие, поэтому это вызывало лишь небольшие опасения, но…

Но со временем беседы становились длиннее, словно погибший Чхон Ючжун все время находился рядом и разговаривал с ним о чем-то. Марагём заметил это несколько раз и не мог не расценить как предвестник проблем с психикой Патриарха.

— Что-то грызет душу Патриарха.

— Что?

— Это…

От предположения Марагёма Ёун и Ён Мухва одновременно удивленно уставились на труп второго старейшины с пронзенной грудью.

Воспоминания Ёуна прервал Бу Чхольён. Оторопело смотревший на разгневанного Патриарха старейшина осторожно заговорил:

— П-патриарх, с кем вы разговариваете?

— Что?

Смотревший в сторону колонн и славший проклятья Ючжон остановился и обернулся. В зале повисло молчание. Старейшины и главы кланов в напряжении следили за Патриархом. От этих взглядов он непонимающе спросил:

— Почему вы так смотрите на своего правителя?

— Мы не понимаем, с кем вы разговариваете, – в замешательстве сказал Бу Чхольён.

Тогда Патриарх негодующе указал пальцем на колонну и ответил:

— Бу Чхольён, ты издеваешься над своим правителем? Разве ты сам не видишь командира Чхон Ючжуна?