Книга Разрушители пророчеств 1, страница 57 – Сергей Михайлов

В стороне куда ушел светлорожденный, раздался крик боли. Девочка болезненно сморщилась и постаралась стать совсем незаметной. «Что там такое?» Крик повторился. Кричал явно не эльфенок. Голос был грубый, с незнакомыми нотками. Опять раздались крики на лающем непонятном языке. В ответ прозвучал серебристый голосок эльфенка. На эльфийском.

«Может его убивают там?» Сама, не понимая, что она делает, Марианна сунула руку в сумку и вытащила нож. Скинув ношу, бросилась в сторону криков.

— Леонойль! Где ты? – забыв про все наставления закричала она.

— Я здесь! – Эльф выскочил ей навстречу. – Иди сюда, я тут кое-кого нашел.

В голосе мальчика слышалось злорадство.

Сквозь редеющие деревья виднелась большая поляна. Пестрели какие-то вещи, разобрать что это, было трудно. Эльфенок посмотрел на нож в руке девочки, перевел взгляд на её решительное лицо, глаза его восхищенно заблестели, но ничего не сказал. Он повел её в сторону, в, окаймлявшие открытое место, кусты.

Сначала она подумала – это зверь. Что-то серое, меховое ворчало в глубине разросшегося ольхового куста.

— Попался, гад! – торжествующе заявил остроухий.

Только теперь девочка разглядела очертания человеческого тела.

— Кто там?

— Орк!

Марианну хлестануло, словно бичом. С малолетства, этим страшным словом пугали детей. Она испуганно выставила вперед нож.

— Что с ним?

— Не бойся, – покровительственно сказал эльфенок. – Раненный.

— Тогда давай скорее уйдем отсюда.

— Не–ет, надо его убить! – кровожадно заявил малыш.

Лежавший в кустах заворочался и скороговоркой забормотал что-тона своем зверском языке. Присмотревшись, девочка поняла, что ей показалось необычным. Это был подросток. «О, мать–земля, в этом мире, что – остались только дети?»

— Ругается. Грозит убить нас.

— Ты, что, понимаешь?

— Да. Понимаю, – признался эльф.

— Ты видишь, что это не взрослый?

— Ну, и, что? Все равно его надо прикончить. Он бы, нас не пожалел.

Раненный застонал и затих.

— Почему он кричал?

— А это я палкой его тыкал.

Она вдруг сунула нож эльфенку и решительно полезла в кусты.

— Ты, что? Ты куда?

— Посмотрю, – коротко ответила она.

В гуще ольховника стоял сумрак. Скрутившийся калачом маленький орк, затравленно глядел на приближавшуюся Марианну. Не подымаясь, он попробовал отползти, но лишь сильнее уперся спиной в разбегавшиеся стволы куста. Видимо, он пролежал тут не один день. Пахло испражнениями и протухшим мясом. Орк опять быстро заговорил на своем языке.

— Успокойся, – ласково заговорила девочка. – Я только посмотрю. Где ты ранен?

— Не–льзя…Ты…– вдруг по-человечески прохрипел раненный. Он попытался схватить протянутую руку, но силы совсем оставили его. Отвернув голову в землю, он тихо заскулил. Как побитая собачонка, подумала девочка. Преодолевая брезгливость, она приподняла шкуру которой был накрыт мальчик. Ароматы стали совершенно невыносимы. Откинув вонючую накидку, она тихонько коснулась затылка орка. Того била мелкая дрожь. От тела шел жар.

— Да он умирает.

— Туда ему и дорога, – отозвался эльфенок. – Убийцы проклятые.

— Ну–ка замолчи! Иди сюда и помоги мне!

Эльф вытаращил глаза, не ожидая такого от, всегда послушной, Марианны.

— Еще чего? – ощетинился он.

— Он такой-же как мы! – голос девочки был непреклонен. – Всех убили, и он умирает. Если не поможешь, можешь уходить один.