Книга Разрушители пророчеств 2, страница 42 – Сергей Михайлов

Марианна лишь отрицательно покачала головой.

— Нет. Об этом тоже никто не знает. Может только шаман.

Орк–охранник, задремавший у костра после еды, наконец заметил, что Марианна разговаривает со взрослыми. Он прикрикнул и хлестнул плеткой по земле, показывая, что ждет пленников, однако вставать не стал, поленился.

— Я пойду, – вскочила девочка. – А то вас опять изобьют.

Радан проводил девочку взглядом и повернулся к Алмаз:

— Похоже, мы им зачем-то нужны. Нас не убьют, пока не привезут в нужное место.

Говорил он тихо, стараясь, что бы орк у костра не услышал. Девушка отвечала также тихо:

— Я тоже так думаю. Хотя сначала решила, что это все из-за твоего пергамента.

— Я тоже так думал, – прошептал Корад. – Может, тот кто заказал нас, сам не знает про эту штуку. Разговорить бы шамана.

Орк опять прорычал, и сделал вид, что встает. Пленники замолчали и отвернулись друг от друга.

Радан действительно не понимал, почему у него не отобрали мешочек с артефактом. Ведь именно его, он посчитал главной целью охоты и нападения на них. Но орки, забравшие у него все – свою саблю он недавно видел у самого Борезги – не тронули спрятанный под рубахой мешочек. Почему это так, он не догадывался и понимал, что вряд ли узнает, пока их не привезут на место. Иногда он думал, что их захватили случайно – но тут же сам опровергал себя. Орки явно охотились на них, это доказывал весь ход событий.

Соболь вздохнул и, разминая, пошевелил связанными руками. Веревки растянулись и теперь уже не так сдавливали вены. «Еще немного, и я привыкну все делать связанными руками», – усмехнулся он. Его внимание привлекло необычное оживление, вдруг начавшееся в лагере – орки сбивались в небольшие компании и что-то обсуждали. Потом все потянулись к центру, туда, где были костры командиров и шаманов. Радан опять пожалел, что не знает языка орков, но по общему эмоциональному настрою понял, что орки чем-то встревожены. Он не знал, что выехавшие на разведку воины принесли очень плохую весть – впереди по ходу движения тысячи, были найдены свежие следы лошадей и людей.

Оркам повезло, что в дозоре оказался воин до этого ходивший в поход на юге. Он и узнал следы – это были хозяева этих степей, вольные кочевники. Сами орки тоже были равнинными жителями, но их степи – с буйной высокой травой, были совсем не такими, как здешние – почти всегда желтые, с большими потрескавшимися от жары проплешинами солончаков. Иногда они встречались со своими соседями, и вынесли из этих встреч одно – лучше не связываться с этими дикими племенами.

Простодушные дикари реагировали всегда прямолинейно – на доброту добротой, а на зло еще большим злом. Их главное правило гласило – нельзя оставить неотомщенным причиненное зло. Поэтому месть занимала очень большое место в их жизни. Когда не было внешних врагов, они сводили счеты между племенами, иногда полностью вырезая какой-нибудь род, но, если появлялся обидчик из чужаков, тут же забывались собственные распри и начиналась война против общего врага. При этом до полного отмщения.

Оркам ничего не стоило раздавить этих воинственных наездников – мощь Орды была несравнима с силами диких племен – но для этого надо было сначала найти их и заставить биться. Они никогда не вступали в прямое столкновение с войском, а нападали, убивали, сколько могли и опять уносились вглубь своих выжженных степей, заманивая врага на верную смерть.