Онлайн книга «Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти»
|
— У вас же есть на меня полное досье, — сказала Ильзе, кивая на пухлую папку, лежащую на столе следователя. — Вряд ли меня стали бы арестовывать, не собрав при этом обо мне сведения… — Отвечайте на вопросы, Штебе. — От голоса криминального комиссара повеяло ледяным холодом. — Не заставляйте меня прибегать к другим мерам ведения допроса. С этими словами он неожиданно вытянул карандаш вперед, с треском переломив его пополам. Ильзе вздрогнула, но лицо ее оставалось спокойным и даже умиротворенным. — Мое имя Ильзе Штебе, — размеренно начала она. — Я родилась 17 мая 1911 года в Берлине… Хабеккер махнул рукой, подавая знак стенографисту, и тот с готовностью застучал клавишами печатной машинки. Спустя полчаса следователь бегло пробежался глазами по отпечатанному тексту, затем отложил листы в угол стола. — Возвращаемся к главным вопросам. Кто был ваш связной? С кем из русских вы выходили на контакт? Способы и средства связи? «У них на меня ничего нет», — облегченно подумала Ильзе. Она провела кончиком языка по сухим губам — пить хотелось неимоверно. — Могу я попросить стакан воды, герр Хабеккер? На лоснящемся от пота лице гестаповца скользнула злорадная ухмылка. — Воды вы не получите до тех пор, пока не ответите на заданные вопросы. — Я сообщила вам все, что знаю, — произнесла Ильзе. — Если бы это было так, я давно отправил бы вас в камеру. Ладно, двигаемся дальше… Хабеккер снова взял пачку фотографий и, словно опытный шулер, проворно разложил их на столе, будто карты: — Повторяю вопрос. Кто из этих людей вам знаком? Ильзе устало качнула головой. — Вы теряете время. Я уже сказала, что никого из них не знаю. — А вы еще раз посмотрите. Так продолжалось более двух часов. Вопросы повторялись, как на заезженной пластинке — «имя, адрес, родственники, Бельгия, связные, фото…» И каждый раз Ильзе терпеливо отвечала, ни на шаг не отступая от выбранной тактики. «Не знаю». «Не знакомы». «Не видела». «Нет, нет, нет…» На исходе третьего часа Хабеккер и сам начал испытывать усталость. Позвав вахтмана, он дал ему какое-то указание, а Ильзе сказал: — Я сделаю перерыв на обед, фройляйн Штебе. За это время, пока меня не будет, вас будет допрашивать мой коллега — Иоганес Штрюбинг. Советую вам быть с ним более разговорчивой. Он хороший следователь, хотя и не такой тактичный, как я. И терпения у него чуть поменьше, нежели у меня. Ильзе ничего не ответила — ее мутило от духоты и жажды, которая становилась невыносимой. Спустя минуту в допросную вошел широкоплечий мужчина в форме СС. Его застывшее, словно маска, лицо пересекал глубокий шрам, тянувшийся от правого глаза до самого подбородка. Окинув уничтожающим взглядом Ильзе, он уселся на стул, который освободил Хабеккер. — Встать, — скомандовал вновь прибывший следователь, как только Хабеккер вышел за дверь. Ильзе поднялась с табурета. — Имя, год и место рождения, — процедил Штрюбинг. С трудом разлепив пересохшие губы, Ильзе ответила. Все началось по новому кругу, с той разницей, что теперь она вынуждена была стоять. Штебе отвечала на вопросы, мысленно приказывая себе держаться и не рухнуть в обморок. Этот гестаповец, ненависть от которого в прямом смысле исходила тяжелыми волнами, не должен видеть, что она сломлена допросом и ей очень плохо. |