Книга Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти, страница 19 – Олег Рой, Сергей Давиденко

— Дорогой мой друг, ты можешь приехать ко мне сегодня же вечером? Моя жена с дочками уехала погостить на пару дней, так что нам никто не помешает!

Не прошло и часа, как Рудольф сидел в роскошной гостиной Шелия, глядя, как в камине весело потрескивают дрова. Он угостил дипломата гаванскими сигарами, и тот, с наслаждением затянувшись, выпустил сизую струйку дыма изо рта. Откинувшись на спинку стула, Шелия обратился к своему гостю:

— О чем же ты хотел поговорить со мной, Рудольф? Признаюсь, я сгораю от нетерпения!

Гернштадт вкратце поведал аристократу об одной из встреч в загородном доме руководителя отдела рекламы «Манчестер Гардиан». Во время обеда Рудольф, не особо стесняясь в выражениях, высказался о текущей ситуации в Германии, на что обратил внимание некий мистер Смит, который, судя по всему, был англичанином.

— Улучив момент, когда я стоял на балконе один, он подошел ко мне, завязав ни к чему не обязывающий разговор, — сказал Рудольф. — Мы болтали о всяких пустяках, как вдруг этот господин меня спросил:

«Господин Гернштадт, возможно, мой вопрос застанет вас врасплох… Скажите, у вас есть возможность информировать нас о происходящих событиях в Германии? Я сейчас не имею в виду общеизвестные факты, которые освещает пресса, меня интересуют более глубинные процессы как политического, так и военного характера. Мою страну весьма серьезно беспокоит политика, проводимая Гитлером…»

Рудольф успел заметить, как в темно-синих глазах Шелия заискрились оживленные огоньки. Он буквально весь превратится во внимание, чутко прислушиваясь к каждому слову журналиста.

— Разумеется, я был сбит с толку, — продолжил Рудольф. — И даже не сразу нашелся с ответом. Я лишь смог вымолвить, что не совсем понимаю, о чем идет речь и какого рода сведения нужны моему визави. На что мистер Смит уточнил:

«Меня интересует внешняя политика нацистской Германии. Информация о военно-промышленном комплексе и потенциале вашей страны. Планы руководства по отношению к Европе и СССР».

Не скрывая удивления, я сообщил ему, что я журналист, а не дипломат и подобными сведениями не располагаю.

Впрочем, мистера Смита это ничуть не смутило, и он спросил:

«Вероятно, среди ваших знакомых есть осведомленные люди? Я хоть сейчас готов сотрудничать с ними! Разумеется, за интересующую меня информацию я готов платить!»

— И что же ты ответил, Рудольф? — задал вопрос Шелия.

Гернштадт заметил, что дипломат настолько увлекся его повествованием, что напрочь забыл о сигаре, продолжающей тлеть между его пухлых пальцев. Круглое, гладко выбритое лицо немецкого аристократа было серьезным как никогда.

— Я сказал, что мне нужно время для ответа, — небрежно произнес Рудольф. — Вообще-то… С моей точки зрения, такие контакты могут оказать положительное воздействие на борьбу с фашистской идеологией, которая так чужда тебе, мой друг. Я решил взять паузу, чтобы обдумать это внезапное предложение, а заодно узнать твое мнение. Кроме того, раз уж речь пошла о вознаграждении за информацию…

Рука Шелия, держащая сигару, дрогнула, и Рудольф понял, что попал в самую точку.

— Да, деньги никогда лишними не бывают, — сказал он и нетерпеливо затянулся. — Даже не знаю, что сказать тебе, Рудольф. А вдруг это провокация?

Рудольф покачал головой.