Книга Храмы веселья, страница 126 – Кейт Аткинсон

Никогда за всю историю существования девушек, подумала Фреда, ни одна из них не чувствовала себя такой несчастной, как я сейчас.

Фраццини прислал записку на Ганновер-террас, «испрашивая присутствия Нелли» в каком-то никому не известном месте в районе доков. Когда она выехала туда, была уже почти полночь. По дороге Нелли задремала на заднем сиденье «бентли», а потом вздрогнула, проснулась и не поняла, где находится.

— Где-то в доках, – сказал Хоукер.

Похоже, рядом с железнодорожными путями – Нелли различала звук товарного поезда, медленно ползущего через Лондон. Пахло патокой, так что они, вероятно, в Сильвертауне, рядом с сахарным заводом «Тейт энд Лайл».

Здесь не было почти никакого света и никакого жилья, только железнодорожный товарный двор, какие-то склады и сараи. Место, где днем кипит жизнь, а ночью становится тихо, как на кладбище.

Хоукер был в таком же замешательстве, как и Нелли. В руке он держал листок бумаги с кое-как набросанной картой и указаниями Луки Фраццини.

— Дай сюда, – нетерпеливо сказала Нелли. Хоукер включил свет, она вгляделась в бумагу и сказала: – Думаю, впереди нужно повернуть налево.

Она держала карту вверх ногами, но Хоукер не стал комментировать, и машина медленно поползла дальше по булыжной мостовой.

— Вот, – сказал он наконец. Они остановились возле большого, похожего на амбар дощатого сарая, на фасаде которого было написано «Б. А. Холт – Разборка и вывоз». Нелли подумала, не эвфемизм ли это.

— Я быстро, – сказала она Хоукеру, когда тот помог ей выйти из машины. Нелли постучала тростью в большую дверь, и невидимая рука впустила ее.

* * *

— А, Нелли, добро пожаловать, – сказал Фраццини, словно она прибыла на модную вечеринку на Пэлл-Мэлл, а не во что-то, на первый взгляд напоминающее дадаистскую пыточную. Впрочем, Нелли не слыхала о дадаизме. Для нее искусство закончилось на «Смеющемся кавалере» Франса Хальса.

— Мистер Фраццини, – кивнула она ему.

В огромном помещении посреди утрамбованного земляного пола стоял одинокий стул. К стулу веревками был привязан человек в окровавленном костюме Пьеро, непокрытая теперь голова поникла. Его явно только что пытали. Вокруг стояло несколько молодцев Фраццини с таким видом, словно их оторвали от дела.

— Выжали из него весь сок прямо с косточками, – с удовлетворением сказал Фраццини. Пьеро снова заскулил.

— Он раскололся насчет Мэддокса, – сказал Фраццини. – Наш гость сообщает, что «гуннам» заплатили, чтобы они пришли вчера в «Аметист» и устроили неприятности. По невезению или по неумению, но они в итоге подстрелили одного из моих парней. К сожалению, наш Альдо мертв, но на его месте мог легко оказаться один из ваших гостей.

Палачи благоговейно перекрестились при звуке имени Альдо.

Оказалось, что и «Фею» пытался поджечь тоже Мэддокс. Точнее сказать, признался Пьеро (хотя и не добровольно), это он сам по указанию Мэддокса и за вознаграждение в два фунта купил банку розового керосина «Аладдин», пропитал тряпку и швырнул на кухню «Феи».

— Что вы собираетесь с ним делать? – спросила Нелли, разглядывая жалкую фигуру Пьеро.

— Преподать урок. – Фраццини провел пальцем по горлу.

— Око за око, – невозмутимо сказала Нелли. Труп за труп.

* * *

Хоукер задремал, и его чуть не хватила кондрашка, когда Нелли резко постучала тростью по окну машины.