Книга Связанные честью, страница 110 – Кора Рейли

Лука напрягся, опустился рядом со мной, обнял и внимательно осмотрел мое лицо.

— А во время?

Я избегала его взгляда:

— Если десять – это сильнейшая боль, которую я когда-либо чувствовала, то восемь.

— Правду.

— Десять, – прошептала я.

Лука сжал челюсть:

— В следующий раз будет лучше.

— Не думаю, что могу снова так скоро.

— Я не имел в виду сейчас, – твердо сказал он, целуя меня в висок. – Некоторое время тебе будет больно.

— По шкале от одного до десяти как быстро и сильно ты двигался? Правду, – подражала я его словам.

— Два.

— Два?

Должно быть он заметил мой шок, потому что Лука погладил меня по животу.

— У нас есть время. Я буду очень нежен.

— Не могу поверить, Лука-Тиски-Витиелло сказал «нежен», – сказала я, поддразнивая, чтобы разрядить обстановку.

Лука усмехнулся, погладил меня по щеке и наклонился:

— Это будет наш секрет.

Мою грудь переполняли эмоции.

— Спасибо, что был нежен. Никогда не думала, что будешь.

Лука хрипло рассмеялся:

— Поверь, никто не удивляется этому больше, чем я.

Я перекатилась на бок, поморщилась и прижалась к его плечу:

— Ты никогда не был нежным с кем-то?

— Нет, – с горечью ответил он. – Наш отец учил Маттео и меня, что любая нежность – это слабость. И в моей жизни не было места для этого.

Даже если слова хотели застрять у меня в голе, я произнесла:

— А как насчет девушек, с которыми ты был?

— Они были средством достижения цели. Я хотел трахаться, поэтому искал девушку и трахал ее. Это было жестко и быстро, определенно не нежно. В основном я трахал их сзади, поэтому мне не нужно было смотреть им в глаза и притворяться, что мне не насрать на них.

Он говорил холодно и жестоко. Я поцеловала его татуировку, желая, чтобы он вернулся к тому, каким только что был. Он крепче прижал меня к себе.

— Единственным человеком, который мог бы научить меня быть нежным, была моя мать. – Я затаила дыхание. Он расскажет мне о ней сейчас? – Но она покончила с собой, когда мне было девять.

— Мне очень жаль.

Меня подмывало спросить, что произошло, но не хотелось давить и заставлять прятаться за холодной маской. Я погладила его по щеке, похоже, жест его потряс, но отстраняться он не стал. Облизнув губы, постаралась засунуть подальше собственное любопытство.

— Все еще больно? – спросил он вдруг.

Я не сразу поняла, о чем он. Лука провел рукой мне по животу.

— Да, но разговоры помогают.

— Как это может помочь?

— Это меня отвлекает. – Я собрала свое мужество. – Можешь рассказать больше о своей матери?

— Мой отец бил ее. Он ее изнасиловал. Я был маленький, но понимал, что происходит. Она больше не могла выносить моего отца, поэтому решила наглотаться таблеток и порезать себе вены.

— Она не должна была оставлять вас с Маттео одних.

— Я нашел ее.

Я вздрогнула и уставилась на него.

— Ты нашел свою мать после того, как она порезала себе вены?

— Это был первый покойник, которого я увидел. Конечно, не последний. – Он пожал плечами, как будто в этом не было ничего такого. – Пол был залит ее кровью, я поскользнулся и упал. Моя одежда пропиталась ее кровью. – Его голос звучал спокойно и отстраненно. – Я выбежал из ванной с криками и плачем. Отец встретил меня и надавал пощечин. Сказал мне быть мужиком и взять себя в руки. Я так и сделал. Больше я никогда не плакал.