Книга Связанные ненавистью, страница 100 – Кора Рейли

Я почувствовала, что этот разговор перестал быть обычной болтовней перед сном.

— Когда ты впервые убил человека? Когда еще ходил пешком под стол?

Маттео осклабился, подперев голову рукой. Он водил пальцами по моей руке, что ужасно отвлекало.

— Нет. По сравнению с Лукой, я поздний цветочек.

— Серьезно? В это трудно поверить.

— Вообще-то нет. Когда я был помладше, Лука ограждал меня от любых проблем. Он был старшим братом-защитником.

— Я даже представить не могу Луку ребенком, и тем более – чтобы он заботился о тебе.

— Так и было. Что в этом такого удивительного? Разве Ария не пыталась защитить тебя, когда ты была помладше?

— Она до сих пор пытается, – кивнула я, поморщившись.

— Вот видишь. И Лука точно так же. Конечно, сейчас ему держать меня в узде гораздо труднее, да и ты осложняешь эту задачу Арии.

— Думаю, между затруднениями, которые возникают из-за меня, и проблемами, которые доставляешь ты, существует огромная разница.

— Дай только время. Я же чувствую, что ты еще не весь свой потенциал раскрыла.

Я прыснула от смеха. Черт бы его побрал. Почему он вечно меня смешит?

— Ты так и не ответил на мой вопрос. Когда ты убил в первый раз?

— Через несколько недель после моего тринадцатого дня рождения.

— И это ты называешь поздним цветочком? Большинство парней в этом возрасте беспокоит рост волос на лобке, а не то, как кого-нибудь убить.

— О, я смирился с волосами на своем лобке задолго до этого, – ответил он дразнящим шепотом. – А большинство парней не являются вторым сыном Дона нью-йоркской «Коза Ностра».

— Верно подмечено. Но из Луки получился так себе защитник, если тебе пришлось убивать в таком юном возрасте.

Взгляд Маттео стал мрачным.

— Он сделал все, что мог. Наш отец хотел, чтобы я убил одного из парней, с которым мы с Лукой время от времени тусовались, за то, что тот собирался уйти из мафии.

У меня засосало под ложечкой.

— И?

— Лука достал пистолет и убил парня раньше меня. Папаша конкретно разозлился. Он до полусмерти избил Луку.

Странно было думать о том, что Лука способен на такое проявление заботы по отношению к своему брату, однако, если приглядеться к взаимоотношениям этих двоих, не так и удивительно. Было очевидно, что они заботятся друг о друге, и не имеет значения, бессердечные ублюдки они или нет.

— Лука такой здоровяк. Каким образом его мог кто-нибудь избить?

Маттео усмехнулся.

— Лука мог бы легко уделать нашего папашу, если бы захотел, но он ни разу не дал ему сдачи. Отец был Доном и мог застрелить Луку, как бешеную собаку, если бы тот поднял на него руку.

Иногда я забывала о том, что для мужчин в нашем мире все не так уж солнечно и радужно. Для них предоставлялось больше свободы, когда дело касалось случайных связей и гулянок, но им приходилось нести свое бремя.

— Дай угадаю: ваш отец очень скоро после этого заставил тебя убить кого-то другого. – Я почти не знала Сальваторе Витиелло, но он производил впечатление жуткого мерзавца.

Маттео кивнул.

— Спустя пару месяцев он получил информацию об ещё одном предателе. И тогда он заставил меня перерезать ему горло.

Девочек особо не посвящали в подробности церемонии принятия в ряды мафии, но Умберто, охраняя нас, довольно часто мог невзначай что-нибудь обронить об этом. Как правило, первое убийство на инициации происходило из пистолета.