Книга Связанные местью, страница 101 – Кора Рейли

— Ты сегодня поступил правильно.

И это была правда. Возможно, я была неправа; возможно, он мог бы искупить свои грехи, творя добро.

Гроул повернулся ко мне.

— Может быть, но эта женщина все еще с этим мудаком. Некоторые люди не знают ничего, кроме страданий. Их страдания – это что-то надежное. Перемены пугают их больше, чем их дерьмовая жизнь.

Я провела по вытатуированным шипам на его предплечье.

— Как тебя.

Гроул прищурился.

— Я меняю свою жизнь ради тебя, идя против Фальконе.

— Знаю, и благодарна тебе за это. Но ты делаешь это для меня. Как будто ты все еще думаешь, что не заслуживаешь ничего хорошего, – прошептала я. – Ты живешь в этом месте, хотя тебе и не нужно этого делать. Вряд ли Фальконе мало тебе платит. Ты как та женщина – боишься перемен.

Он сел.

— Жить в этом доме совсем не то же самое, что позволять кому-то бить себя. – Он колебался. – Неужели этот дом так ужасен для тебя?

Я вздохнула.

— Это место делает меня несчастной.

— Ты имеешь в виду, что я делаю тебя несчастной?

— Нет, – сказала я. Говорила ли я правду, или мои слова все еще были частью моего плана заставить его доверять мне. – Все дело в этом месте. Здешние люди безнадежны и невежественны, и здесь нет никакой красоты, только запустение.

Гроул оглядел комнату.

— Красота мимолетна.

— А разруха и отчаяние – нет? – Я тоже села и положила подбородок ему на плечо, вдыхая его мускусный аромат. Я не хотела, чтобы он уходил, но я могла сказать, что он уже начинал беспокоиться.

— Это знакомо. Это надежно, – пробормотал Гроул. – Мне всегда это нравилось. А мое появление внесло смуту в его заведенный порядок. Он и впрямь раб привычки. И все же он отказался от чего-то ради меня.

На некоторое время воцарилась тишина, затем он медленно отстранился, и у меня не было другого выбора, кроме как отпустить его. Он присел на край кровати, как будто часть его хотела остаться, но потом встал.

Сладких снов.

— Я бы лучше спала, если бы ты остался, – пробормотала я.

Гроул заколебался, напряг плечи, глубоко дыша, но затем вышел, не сказав ни слова. Каждый раз, когда я думала, что мы достигли определенной степени близости, он делал что-то, чтобы напомнить мне, что держит меня на расстоянии. Возможно, в какой-то момент мое сердце тоже примет это.

* * *

Мы поехали в сторону Лас-Вегас-Стрип^[2] с его небоскребами. Все здесь утопало в огнях, и люди веселились. Это было далеко от района, где жил Гроул. Мы остановились перед небоскребом, у дверей которого стояли швейцары. Гроул вышел из машины прежде, чем парень успел открыть дверь с его стороны, тогда швейцар помог выйти из машины мне. Было странно снова оказаться в окружении роскоши. Я чувствовала себя здесь почти чужой, как будто последние пару недель уже настолько изменили меня, что я никак не могла вписаться в мир, частью которого была всю свою жизнь. Эта мысль пугала меня.

Гроул повел меня внутрь здания, положив руку мне на спину. Это был собственнический жест, и в то же время я подумала, что он пытается показать мне что-то еще. Или я пытался разглядеть в этом жесте то, на что Гроул не был способен? Девушка на ресепшене одарила нас слишком лучезарной улыбкой, когда мы направились к лифтам.

Мы вышли на самом верху небоскреба и оказались в огромном пентхаус. Весь декор был выдержан в белых и золотых тонах и было много стеклянных поверхностей. Окна были от пола до потолка.