Книга Бывшая любовь, страница 62 – Екатерина Дубровина

Совет #3 — Признайте свои ошибки «Перестаньте страдать перфекционизмом. Разрешите себе быть несовершенной и неидеальной. Да, вы иногда принимаете неверные решения, да, ошибаетесь на своем пути, да, ломаете голову и падаете в грязь. Но ошибаются все. Ни одному не дано знать, что ждет его завтра. И либо вы делаете выводы и идете дальше, либо тонете в жалости к себе. И этот океан, поверьте, бескрайний.» Отсидев шестнадцать дней в номере отеля Бангкока, сдав бесчисленное количество анализов на ковид и получив столько же отрицательных тестов, нас наконец пустили на остров. И мы, затаив дыхание, ожидали впереди главное приключение этого года. После всемирного локдауна, конечно. Но как бы мы ни радовались, карантин в туристической зоне все же был, хоть и не такой жесткий. Первая неделя пребывания на Самуи пролетела как сон. Я не до конца понимала, где мы, и что с этим делать. Но после того как мы немного втянулись, осознанная эйфория, что это надолго, накрыла нас с головой. И вот мы передвинули диван, настроили телевизор и успели засорить унитаз. А еще познакомились с торговцем ближайшего магазина и владелицей кафе с соседней улицы, премилыми людьми, кстати. И хотя все вокруг лишь отдаленно напоминало родной город, я продолжала снова и снова искать что-то свое. Но не находила. Все было иным. Словно с другой планеты. И те же стулья казались удобнее, обеды вкуснее, воздух чище, а люди добрее. Особенно последнее. Меня приятно удивило отношение тайцев к жизни, их легкость, доброжелательность и участие. И тогда я поймала себя на мысли, что улыбаюсь непроизвольно, потому что мне хочется улыбаться, а не потому, что надо быть вежливой. Утренние часы мы с сыном любили проводить на пляже, особенно когда позволяла погода. Завтракали прямо у воды, зарывая ноги в песок. А потом оба засиживались у компьютеров, когда начинался рабочий день. Мой так и остался восьмичасовым, правда, заканчивала я теперь в десять по местному времени. Миша же освобождался раньше. И так как поесть можно было только дома, взяв еду навынос, именно он и бегал нам за обедом и фруктами. Конечно, в выходные мы гуляли вдвоем, но по будням я полагалась только на его вкус. На его безмерно разнообразный гастрономический вкус. И до того, как я нашла на третьем перекрестке небольшое русское кафе, мы питались только блюдами местной кухни. И даже нашли себе любимчиков. Као Му Данг (могу ошибиться с названием, тайцы проглатывают половину звуков) — свинина с рисом под мои любимым соусом барбекю, Гай Пад Понгали — что-то вроде яичницы с курицей и всем, что можно найти в обычном холодильнике, не забыв многократно посыпать карри, ну и конечно же суп, о котором знают все, — Том Ям — креветки, грибы, помидоры — смесь соленого, кислого, острого и сладкого — и все это одновременно в одном блюде. Но в случае с последним, часто его есть было невозможно. Непривычно яркий вкус тяжело отзывался на желудке. Конечно, позже я отказалась от чрезмерности, предпочитая что-то нейтральное. Но готовить сама так и не начала. Это было следующим пунктом в моем списке. Отдыхать, значит, отдыхать. Да и Миша был против. Когда я узнала о беременности, почти сразу в голове родился коварный план.

Как я уже говорила, наш не самый шумный и активный ночью район, радовавший меня по приезду, оказался загвоздкой. Потому что для воплощения моей безумной идеи нужна была динамика. И до карантина ее можно было найти на пляже Чавенг, что располагался в получасе езды по Кольцевой. Однако сейчас, со слов торговца, все было закрыто. И тогда я перестала просить Мишу бегать за едой и начала ходить сама. Но теперь кафешки и магазинчики привлекали меня не своим ассортиментом. Именно там я решила найти ребенку отца. Ух, это даже звучит абсурдно, но я на полном серьезе рассматривала местных мужчин, выискивая хоть некую схожесть с Денисом. Да и отведенная счастливчику роль была бы ненастоящей. Гипотетической. Главное, чтобы у Миши вопросов не возникло. Туристов в карантин из-за сложности получения визы было немного, и все же я узнала, что недалеко от нас располагалась целая русская община. Я давно заметила, что натыкаюсь на родную речь в кафе, на пляже, в магазинах, и еще больше убеждалась в правильности выбранной стратегии. Но узнав членов общины поближе, я поняла, что это был так себе вариант. В основном они жили семьями, с детьми и родителями, что даже для моего вранья было слишком. Тогда я обратила внимание на другую группу туристов, на так называемых «зимовщиков». Фрилансеров, которые пережидают родные холода в тепле. Их тоже оказалось немного, но выбор все-таки был. И скоро мне представился случай.