Книга Лис и Теа. Роквью, страница 110 – Яна Гаврилова

Но завтра все измениться.

Весь день после возвращения из дома Алистера, я провела в своей комнате, игнорируя звонки Бостон и ребят из группы. Я написала им одинаковые сообщения, в которых сообщила, что плохо себя чувствую и перезвоню позже. Бостон списала все на усталость после благотворительного вечера и пригласила меня на ужин со своей семьей, как только я поправлюсь.

Вечером вернулся Харпи и застал меня плачущей на диване в гостиной. Как обычно друг обнял меня и приготовил «пино – коладу».

Катастрофа случилась после двух серий «Дамы с вуалью».

Позвонила взволнованная Глория и сообщила, что дата исполнения смертного приговора для моего отца назначена.

Через сорок восемь часов мой отец ответит за все свои деяния, а Алистер Линмор, наконец узнает правду.

И больше никогда не захочет меня видеть.

Глава 33

Алистер

В моей машине стоит гнетущее молчание, когда два дня спустя мы держим путь в тюрьму «Роквью». Бабушка с дедушкой сидят на заднем сидении и каждый из них пребывает в своих мыслях. Рядом со мной сидит Картер, которого я попросил поехать со мной, потому что…просто потому что он мой лучший друг и мне нужна его поддержка. Единственный человек, которого мне не хватает – это Теа. Ее телефон недоступен, и она продолжает скрываться от меня. Я не понимаю в чем дело и после сегодняшнего дня планирую во, чтобы то ни стало выяснить это.

Но сначала я хочу увидеть, как его казнят.

Боже, несколько лет я жаждал увидеть, как убийца моей матери понесет заслуженное наказание и вот это случится.

Я хочу взглянуть ему в глаза и увидеть страх. Понять, что заставило его забрать у меня мать, в которой я так нуждался.

Тот день, когда она пропала до сих пор живет в моей памяти. Я вижу его во снах и каждое мгновение этого воспоминания причиняет мне нестерпимую боль.

На следующий день после моего пятого дня рождения, мама отправилась за покупками. Перед этим она выпила два бокала вина и все время улыбалась, а после обеда начался жуткий ливень.

Я помню каждую секунду того дня. Помню, как она сидела на веранде, с улыбкой разглядывая воздушные шары. Я помню ее последние слова, адресованные мне.

«Обещай, что никогда не откажешься от своей любви, как бы больно и трудно тебе не было».

Останки тела Люси Линмор обнаружили лишь спустя десять лет. Мне было уже пятнадцать. Я помогал бабушке с дедушкой все так же снабжать хлебом нуждающихся, каждую неделю посещал воскресную проповедь и находил утешение в своих рисунках, которые с каждым годом моей жизни, становились все более впечатляющими.

Мое тело гудит от предвкушения, я дрожу от волнения и страха, потому что сколько бы во мне не было мужества, мне страшно.

Скоро эта история придет к своему завершению и, черт возьми, именно так она и должна закончиться. Нет ни одного шанса, что возможен другой исход.

Но все же, в глубине своей души, я не хочу здесь находиться.

Мы пребываем в исправительное государственное учреждение «Роквью» за два часа до начала казни. Нервы у всех на пределе. Из всей нашей компании только Картер способен мыслить трезво и хладнокровно. Друг предлагает поехать в кафе и выпить кофе, хотя я бы с удовольствием влил в себя пинту пива.

В кафе «Дижонская горчица» мы проводим почти полтора часа, но за все это время мы едва ли говорим друг другу хотя бы десять слов.