Книга Любовь по сюжету, страница 44 – Айрин Дейн

— Тебя что-то беспокоит? – вновь заговорив, я решила подступиться с другой стороны беседы.

— С чего ты взяла?

— Сегодня ты особенно… угрюмый, – задумчиво проговорила я и оперлась боком на каменный парапет, что служил продолжением набережной и создавал смотровую площадку.

Он стоял передо мной весь такой серьезный, на чем-то сосредоточенный, и я почувствовала, как алкоголь заиграл с моим настроением. Сначала мне захотелось уколоть его резкой шуткой, сказать глупость, рассмешить, только бы увидеть живую эмоцию. А мгновение спустя я уже думала о том, как дотронуться до струн его души, хоть он этого и не просил. Но Тео – всего лишь средство для достижения цели. Он вымышленный. Тогда почему меня должно волновать, что он чувствует?

Не получив ответ, я с сомнением продолжила:

— Я редко вижу, чтобы ты улыбался, а доброго слова от тебя и не дождешься.

— Доброго слова?

Он издал звук похожий на фырканье и прислонился к парапету рядом.

— Комплимента, похвалы, называй, как хочешь. Например,.. – Я задумалась, подбирая формулировку. – Если быть честной, мне нравится твой стиль, и… крошечная часть татуировки, которая выглядывает из-под рукава, кажется симпатичной.

— Я бы показал её целиком, но для этого мне придется раздеться, а делать я этого не собираюсь.

Тео немного придвинулся и закатил рукав по локоть.

— Но вот часть, – добавил он.

От запястья по предплечью вверх его руку обвивали разного размера струи дыма – тонкие, почти призрачные, сменялись густыми спиралями. Между линиями в некоторых местах изображались ноты.

— Моя мама играла на пианино, – пояснил он, медленно вертя рукой.

— А ты?

Я всё еще рассматривала рисунок, борясь с желанием дотронуться до контуров.

— И я играю, – тихо сказал Тео, поскольку был совсем рядом.

Я пялилась на его руку больше положенного, подмечая то, как рисунок отлично сочетается с эстетично выступающими венами. Когда он развернул рубашку обратно, наши взгляды встретились.

— И если быть, как ты сказала, честным… – Он на секунду замолчал, словно обдумывал, стоит ли говорить вслух. – У тебя красивое имя.

Выражение его лица оставалось неизменно спокойным, как и голос, поэтому фраза звучала скорее сухим выводом, чем комплиментом.

— Спасибо. – Спиртное в крови вдруг решило разрядить обстановку, и, немного поерзав, я всё же выпалила глупость: – Хочешь стонать его ночью?

— Что? – Тео поперхнулся и уставился на меня округлившимися от шока глазами.

Он определенно растерялся и, кажется, смутился.

Бинго! Мне удалось заставить его проявить хоть какую-то эмоцию.

— Шучу. – Я еле сдерживала смех и, защищаясь, выставила руки ладонями вперед. – Всего лишь шутка!

Он отстранился от камня первым, собираясь что-то сказать, а его лицо снова стало воплощением сдержанности. И тут до меня дошло, словно отрезвляющий электрический разряд, насколько нелепой была моя реплика. Я опередила его:

— Пойдем дальше?

Не дожидаясь ответа, я стремительно направилась в сторону дома. Желая оставить за спиной не только этот вечер, но и ту себя, что позволила себе лишнего.

Я: Прошу, давай забудем, что я вчера говорила.

Я: Мне теперь ужасно неловко…

Киборг Тео 2000: Не понимаю, о чём ты.

Каков джентльмен!

Я хмыкнула, убрав телефон под подушку, поднялась с кровати и направилась в ванную. Теперь, когда мой организм избавился от опьянения, я с холодной ясностью осознала, что поспешила, пуская в ход своеобразный юмор. Что, если Тео это отпугнет, он отдалится и снова станет пренебрегать мной? К счастью, у меня были выходные на то, чтобы воспоминания Тео о глупой шутке померкли. Тогда, потеряв яркость, они не будут причиной неловкости. Иначе, это может стать похожим на неудачные попытки пройти одну и ту же главу визуальной новеллы.