Книга Преподаватель, страница 200 – Юлия Хокка

Грустно. Родительское принятие, одобрение и похвала важны любому ребенку, а Олег, получается, толком это и не получал.

— По какой? Потому что, как ты говорил, тебе нравится?

— Да. Считай, хобби, которое приносит дополнительные деньги. Правда, недавно, как ты знаешь, мне пришлось сменить учебное заведение, чтобы был более свободный график и меньше часов, так как на основной работе задач стало больше.

После истории про родителей Олег стал вызывать у меня еще больше восхищения. Он смог выбрать истинно свой путь, несмотря на давление со стороны, и справиться со всеми трудностями без поддержки самых близких людей. Он поставил цель, упорно стремился, и он добился ее. Подобное более чем достойно уважения.

Думая об Олеге и его семье, я молчала, а потом решила все же озвучить некоторые свои мысли:

— Ты настоящий молодец! Тебе удалось осознать, чего ты хочешь от жизни, и, несмотря на все препятствия, двигаться к цели. И ты добился своего. Это впечатляет. Твой внутренний стержень, упорство и интеллект вызывают восхищение. Ты такой сильный и умный человек! Я правда в восторге от тебя.

В первые секунды он никак не отреагировал на мои слова, просто продолжал задумчиво смотреть на дорогу, но через мгновение уголки его губ все же дрогнули, и серьезное лицо озарила улыбка.

— Спасибо, солнышко. – От переполненной нежностью интонации по коже прошли мурашки.

Вскоре мы свернули к моему дому. За разговорами показалось, что дорога от университета заняла совсем мало времени, буквально считаные минуты. Очень повезло, что пробок почти не было – только в одном месте ненадолго застряли. Припарковавшись рядом с нужным подъездом, Олег заглушил мотор, музыка тут же выключилась, а огонечки на панельке погасли. На душе вмиг стало холодно и неуютно. Так не хотелось подниматься в квартиру и глядеть на сумасшедший цирк, но, увы, оставаться в теплом салоне рядом с великолепным мужчиной и убегать от проблем целую вечность не получилось бы. Я отстегнула ремень безопасности и потянулась к дверной ручке, собираясь выйти на улицу, но Шефер меня остановил:

— Лесь?

— М? – Я обернулась, рука замерла в воздухе, лишь кончиками пальцев касаясь прохладного металла.

Олег смотрел на меня слишком внимательно, его грудь часто вздымалась и опускалась, выдавая волнение. В следующее мгновения взгляд небесно-голубых глаз скользнул ниже, на мои губы. Поддавшись интуитивному порыву, я потянулась навстречу, и он моментально наклонился ближе. Широкая и теплая ладонь легла на мою шею, большой палец коснулся щеки, и, подобно сладкому меду, внутри тут же растеклись согревающие нежные чувства. Чуть разомкнув губы, я ждала, с трудом удерживаясь от того, чтобы впиться в Олега первой, но он тянул время. Шефер очень медленно наклонился ко мне еще ближе, но не спешил с действиями, словно дразнил. Наконец, сдавшись, я сдавленно застонала и прильнула к таким желанным губам. Не тратя больше ни секунды, Олег тут же углубил поцелуй, от соприкосновения языков по моему телу прошла волна дрожи и, спустившись к низу живота, превратилась в горячий, кипящий шар.

Мы целовались жадно, страстно, словно после невероятно долгой разлуки, отчего голова пошла кругом, все грустные мысли куда-то испарились, а проблемы перестали существовать. Кажется, я даже забыла, где нахожусь и кто я вообще. Был только Олег. Он прикусил мою губу, заставив ахнуть, и положил другую руку мне на талию. Не в состоянии совладать с чувствами, упиваясь всепоглощающей страстью и нежностью, я продолжала тянуться к нему, сжимая его плечо и перегибаясь через подлокотник между сиденьями. Активно отвечая на поцелуй, Олег запутал пальцы в моих волосах, не давая возможности отстраниться. Опустив руку на широкую грудь, я лишь на секунду разорвала контакт наших языков, лизнув его нижнюю губу. Хоть на дворе стоял день, а не раскрепощающая и раскрывающая истинные желания ночь, голову срывало, все смущение ушло на второй план. Ладонь соскользнула ниже, в поисках опоры, я хотела поставить ее на бедро Шефера, но немного промахнулась, и рука легла на неровную ткань джинсов, на что-то твердое и горячее. Губы Олега на секунду замерли, и он застонал. Отдернув ладонь, я тут же отстранилась.