Книга Преподаватель, страница 292 – Юлия Хокка

— Отпусти меня, пожалуйста, – прошептала я.

Хотелось исчезнуть. Несмотря на все изменения, которые произошли во мне, я снова все испортила. Глаза начало пощипывать.

— Олеся, пожалуйста, – сдавленно и немного агрессивно произнес Олег, – я не знаю, что еще я могу тебе дать, чтобы это в тебе исчезло.

Руки сползли с моих плеч, и я сделала шаг назад. А потом вдруг замерла и подняла глаза на него.

А ведь Шефер был прав. Ну сколько можно? Сколько еще я должна была оставаться жалкой, оставаться жертвой в первую очередь в своих же глазах? Почему слова бабушки, слова бывших одноклассников и каких-то случайных людей, с которыми мы не совпали, определили меня? Почему ни слова друзей, всех тех, кто хорошо ко мне относился, и любимого мужчины? Почему я не верила им? Почему я не выбирала и не принимала сама себя?

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я заглянула в голубые глаза и спокойно сказала:

— Ты прав. Прости. Я изменю это в себе.

— Я очень надеюсь, – тихо отозвался Олег, и его взгляд смягчился. – Я люблю тебя, Олесь. Правда люблю. – В его голосе прозвучали нотки грусти и даже отчаяния, а интонация осталась незаконченной.

Но не нужно было ничего больше говорить.

— И я люблю тебя, милый. Сильнее, чем ты можешь представить.

Подойдя ближе, теперь уже я положила руки ему на плечи и мягко коснулась губами его губ. Шефер ответил на поцелуй, притянув к себе.

В машине, перед тем как выехать с парковочного места, мы долго целовались. На меня нахлынули чувства, и я просто не могла с ними совладать. Я путала пальцы в шелковистых и влажных от растаявшего снега волосах любимого, впивалась в его губы, хотела бесконечно шептать слова любви. И знала, что меня тоже любят в ответ. Олег сам это сказал. И то, с какой нежностью он касался меня, как страстно целовал, переплетая языки, и как держал, словно боясь потерять, лишь подтверждало его слова.

Жизнь продолжала потихоньку налаживаться, несмотря на некоторые грустные моменты. Одним из таких моментов было увольнение Олега из университета. Ситуация с письмом и завал на второй работе вынудили его оставить преподавательскую деятельность, которую он так любил. Поначалу любимый немного грустил из-за этого, но очень быстро времени на грусть у него перестало хватать – благодаря тяжкому труду бизнес пошел в гору. Чтобы видеться чаще, засыпать в обнимку и заодно оградить меня от негативного влияния бабушки, мы решили съехаться. И это сделало меня очень счастливой. Конечно, бабушка была против и восприняла эту новость в штыки, но со временем смогла принять Олега, смягчилась и даже звала нас обоих в гости. Тете Инге мой избранник тоже очень понравился – она осталась от него в полном восторге.

Отношения с некоторыми одногруппниками у меня оставались напряженными, но особого внимания я на это не обращала – общалась с Настей и Аленой, которые с пониманием отнеслись к тому, что я скрыла отношения с преподавателем даже от них, иногда болтала с Алиной и некоторыми другими девчонками, а существование наших крыс просто игнорировала. На место Олега к нам пришел старенький профессор, который оказался куда лояльнее, но и рассказывал не так интересно и понятно, как грозный Шефер. Несмотря на попытки Яны общаться как ни в чем не бывало, я с этим скользким человеком сближаться была больше не намерена и вообще старалась держаться подальше. Зато получила хороший урок, что на первое впечатление и тревожные звоночки обращать внимание все же стоит. По слухам, с Пашей они расстались. Парень потерял работу, вылетел из университета на последнем курсе и вернулся домой к родителям – Яне он больше был не нужен, и она его бросила. Но я не злорадствовала. Мне бы хотелось, чтобы у Паши все было нормально, хотя по большому счету его судьба меня никак не волновала.