Книга Преподаватель, страница 90 – Юлия Хокка

Пробок не было, и мы доехали быстро, будто сам город помогал мне выбраться из этого кошмара. Всю дорогу Шефер оставался на линии, успокаивая меня своим мягким, уверенным голосом. Когда такси затормозило у нужного подъезда, он уже ждал на улице.

Как только я вышла из машины, ноги сами понесли к нему. Я вцепилась в преподавателя мертвой хваткой, уткнувшись лицом в широкую грудь, и слезы снова хлынули из глаз. Но теперь они были теплыми и освобождающими. Напряжение обваливалось с плеч, страх уходил, и я наконец смогла выдохнуть.

— Все позади, – тихо сказал Олег Сергеевич, прижимая меня к себе сильнее. – Не бойся. Я рядом. Я никому не дам тебя обидеть. – Он положил руку мне на затылок и чуть наклонился. – Пойдем домой.

Закончив рассказывать про нападение, я плотнее закуталась в клетчатый плед. Взяла кружку с теплым чаем, который заботливо налил мне Шефер, и сделала глоток. Верхний свет на кухне не горел – работала только подсветка под шкафчиками. В мягком полумраке было гораздо уютнее.

— Ужасно… – произнес Олег Сергеевич, покачав головой. Несколько темных прядей упали на его лоб. – Не ходи там больше.

— Не буду… – хрипло отозвалась я. – Одна и по темноте – уж точно.

Шефер задумчиво коснулся брови. Положив оба локтя на стол, он сцепил пальцы в замок.

— Какая-то черная полоса. Сначала друг погиб, – голос преподавателя слегка дрогнул, – теперь на тебя напали…

— После черной полосы будет белая, – печально сказала я, не веря в собственные слова. – Кстати, вы как?

— Нормально. Когда ты только позвонила, подумал… – Олег Сергеевич сделал небольшую паузу, – обидели. Испугался, разозлился… Но сейчас уже в норме. – Он смотрел перед собой невидящим взглядом.

Я перевела на него округлившиеся глаза. От его слов сердце пропустило удар.

— Олег Сергеевич, я про Ваню…

— А… – Он на мгновение замер. – Держусь. Сейчас уже легче. Но до сих пор в ушах стоит крик его мамы. Тяжело.

Потерев лицо ладонями, Шефер протяжно выдохнул и откинулся на спинку стула. Он выглядел измотанным: глаза потухли, под ними залегли глубокие тени, а уголки губ скорбно опустились. Его руки вяло упали на колени, плечи поникли. Голова склонилась вбок, будто стала слишком тяжелой.

— Мне безумно жаль. Держитесь. Не знаю, глупо это говорить или нет, но со временем станет легче, – аккуратно произнесла я.

Олег Сергеевич посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом. Заерзав на стуле, я попыталась сосредоточиться на черном матовом гарнитуре и голубоватых лампочках подсветки, заправила за ухо прядь волос и снова вцепилась за кружку. А Шефер все так же не сводил с меня глаз.

— О чем вы задумались? – приподняв брови, поинтересовалась я.

— Ты красивая, – почти шепотом сказал он.

Я чуть не подавилась чаем:

— Спасибо… Вы… тоже.

Посмотреть на него смелости не хватило. Пульс звонко застучал в ушах, отправляя импульсы в кончики пальцев. Шефер… назвал меня красивой? Теплая волна приятного волнения разлились по телу. И по телефону он так нежно со мной разговаривал… Что с ним случилось?

Откашлявшись, Олег Сергеевич выпрямился и, опустив голову, стал крутить в руках чайную ложку. Вьющиеся пряди закрыли лицо, спрятав от меня его холодные глаза.

— Сейчас не лучший момент, я понимаю, – заговорил он, не поднимая на меня взгляда. – Но когда вернетесь домой и придете в себя, не забудьте отправить мне правки по курсовой, хорошо?