Книга Жестокие тайны, страница 120 – Морган Бриджес

Проверив монитор рядом с дверью, открываю. Ждущий по ту сторону ворон кивает:

— Время пришло.

Не позволяю себе еще раз взглянуть на Делайлу. Я не могу рисковать. Никто не должен знать, что она для меня значит, а одного взгляда хватит, чтобы выдать меня.

Выхожу в коридор и закрываю дверь. Замок мягко щелкает, немного утешает, что Делайла в безопасности. Мы идем по притихшим коридорам общежития, но мысленно я все еще с ней. Усилием воли отбрасываю воспоминания и подавляю чувства, которые они во мне пробуждают.

Нельзя отвлекаться, если я хочу пройти ожидающее впереди испытание.

Холодный утренний воздух щекочет кожу, мы поднимаемся по винтовой лестнице на крышу замка. Камень под ногами гладкий, отполированный бесчисленными солдатами, шагавшими по этим ступеням во время подготовки к битве.

Мы выходим наверх, и передо мной раскидывается ночное небо. Луна висит над головой, словно безмолвный свидетель, освещающий все вокруг.

Крыша представляет собой широкую ровную площадку. Строители, создавая ее, явно больше думали о практичности, чем об изяществе. На фоне неба торчат зубья бойниц, обеспечивая защиту и панорамный обзор окрестностей. Воздух на такой высоте чище, пахнет сосновой и дубовой корой. Внизу каменным лабиринтом тянутся стены замка, крепости, хранящей свои тайны.

И тайны Ордена Обсидиана.

Впереди рядком стоят десять лидеров. На них церемониальные черные мантии и маски, все молчат. Тишина, как и одежды, должна создавать ощущение загадочности и опасности.

Я ловлю взгляд отца, но лишь на мгновение. Он говорил, что они будут наблюдать, и не соврал. Атмосфера сгущается, тишину нарушают лишь мои шаги и шелест ткани.

Все взоры устремлены на помост в центре крыши. Вижу его, и в кровь выплескивается адреналин. Он напоминает виселицу – деревянную, почерневшую от времени. Она стоит на крепких устойчивых балках, возвышаясь над крышей на несколько футов.

Да это чертова сцена!

В воздухе так и искрит зловещее предвкушение. В центре помоста установлен деревянный щит. Он сделан из плотной древесины, укреплен на подставке и расположен на идеальной высоте для метания ножа.

А на нем – кровь. Свежая, еще не успевшая засохнуть, она темными ручьями струится по дереву.

Я осматриваюсь и холодею при виде накрытых брезентом тел. Трое. Догадываюсь, это не сумевшие пройти испытание новобранцы.

Со мной такого не будет!

Один из лидеров, Леонард Гейдж, хозяин наркоимперии, поднимает руку. Отец напрягается, но я не свожу глаз с предка моего соперника.

— Ксавье Донован, – объявляет он, – ты стоишь перед нами на пороге своего первого Испытания. Это не просто проверка мастерства, но мера твоей решимости, твоей преданности принципам, что объединяют наш Орден.

Остальные едва заметно кивают, подчеркивая торжественность момента. Гейдж указывает на деревянную мишень:

— Этот обряд превращает тебя из новобранца в ворона, из солдата – в лидера. У тебя только одна попытка. Нож, который ты бросишь, должен не просто попасть в цель, но вонзиться в дерево, став символом твоей глубокой приверженности братству. Промахнешься – и ты проиграл. Если нож не удержится в дереве и упадет – ты проиграл. Добьешься успеха – и подтвердишь свое право участвовать в последующих Испытаниях.

Он достает из-под плаща нож и протягивает мне. Я беру его, пользуясь моментом, чтобы привыкнуть к его весу. Смотрю только на оружие, но лидер легким движением руки нарушает мою концентрацию.