Книга Фарфоровая невеста, страница 44 – Соня Золотова

Дом. Родной мир. Прошлая жизнь. Разве нет?

Но Лили продолжала спокойно говорить:

— Там я была одна. Здесь у меня семья. Муж. Ребенок. Дом. Работа. — Она пожала плечами. — Иногда счастье приходит не оттуда, откуда ждешь.

Я молчала. Потому что не знала, что ответить.

В голове почему-то всплыла Марра. Семь лет. Тоска по дому. Леса из живых деревьев, которые она больше не увидит. Ее боль.

Потом Рийя.

Потом я сама.

Потом снова булочница Лили.

И вдруг очень ярко осознала, что все мы живем в одном городе. Работаем на одного хозяина. Но существуем в совершенно разных сюжетах.

Для Марры этот мир — клетка.

Для Рийи — замкнутая денежная петля.

Для меня — пока что загадка.

А для булочницы… Для булочницы он оказался домом. Настоящим.

— Ты не хочешь выкупиться? — осторожно спросила я.

Она даже рассмеялась.

— Зачем?

И это прозвучало абсолютно искренне.

Через несколько минут они ушли. Мальчишка — счастливый, потому что скоро получит волшебную свистульку. Булочница — спокойная и довольная жизнью. А я еще долго стояла возле окна, нервно постукивая пальцами по подоконнику.

Потому что внутри головы поселился очень неприятный вопрос. Если однажды я вдруг найду здесь свое счастье… Если это вообще возможно там, где люди, которым ты доверяешь, сразу же предают.

Настоящее счастье. Большое. Такое, ради которого всё отдашь.

Захочу ли я тогда возвращаться домой? И хуже всего было то, что я не знала ответа. Совсем не знала.

До цветочной лавки я добралась поздно вечером.

Наверное, если бы кто-нибудь спросил меня, зачем именно я туда иду, я бы не смогла толком объяснить. Формально — поговорить с Маррой. На самом деле — разобраться в собственных мыслях. Сегодня они вели себя крайне подозрительно. Вместо того чтобы спокойно сидеть в голове и выполнять свои обязанности, постоянно спорили друг с другом.

Одна часть меня говорила: «Ты должна будешь вернуться домой. Это не обсуждается!».

Вторая немедленно спрашивала: «А зачем?»

И вот именно этот вопрос меня пугал.

В цветочной лавке пахло вечерней прохладой, свежими листьями и чем-то сладким, похожим на жасмин. Марра как раз подрезала стебли у большого букета белых цветов. Увидев меня, она отложила ножницы и сразу нахмурилась.

— Что случилось?

— Почему обязательно что-то случилось?

— По лицу видно.

— Это настолько заметно?

— Очень.

Я вздохнула. Да. Скрытностью я никогда не отличалась. Особенно когда переживала.

Марра поставила букет в воду и кивнула на свободный табурет.

— Рассказывай.

Я уселась рядом и некоторое время молчала, потому что вопрос вдруг показался глупым. Затем все-таки спросила:

— Почему ты не хочешь остаться здесь?

Марра замерла. Всего на мгновение, но я это заметила.

— Интересный вопрос.

— Я серьезно.

Она несколько секунд смотрела на цветы. Потом пожала плечами.

— Потому что для меня это означало бы сдаться.

Я нахмурилась.

— Сдаться?

— Да.

Марра говорила спокойно, но в ее голосе появилась жесткость.

— Принять этот мир. Перестать искать путь назад. Смириться. Для меня это значит отказаться от самой себя.

Я задумалась.

— Но почему?

— Потому что я не выбирала эту жизнь. — Она посмотрела мне прямо в глаза. — Меня украли. И тебя, кстати, тоже.

И от этих двух слов вдруг стало неуютно. Очень. Не призвали. Не перенесли. Не вызвали. Украли.