Книга Фарфоровая невеста, страница 66 – Соня Золотова

Я снова взяла кольцо.

Дерево было гладким и чуть прохладным. Приятным на ощупь, хорошо обработанным. Пахло совсем слабо, почти незаметно. И все. Обычная вещица, которую можно положить на полку и забыть.

Тут внутри вдруг что-то кольнуло.

Не мысль даже. Прозрение.

Я снова посмотрела на зеленовато-желтую древесину, на тонкие спирали прожилок, и вдруг вспомнила Марру. Ее мир. Дома, которые растят из деревьев…

— Коллен…

— Да?

— А старьевщик не говорил случайно, откуда у него эта вещь?

Коллен потер висок:

— Кажется, он не успел договорить, лавку тогда как раз окружили… Но он что-то шутил про то, что это колькцо сделано из дома. Из дерева-дома.

— Можно я возьму его с собой?

Он удивился.

— Конечно. Оно ведь ваше. Совсем обычное, но…

Я суетливо завернула кольцо обратно в платок и поднялась.

— Мне надо идти.

Он кивнул и снова чуть поморщился от боли, потянувшись здоровой рукой к повязке. Может, мне не стоило уходить… Но мне было очень нужно это сделать. И чем быстрее, тем лучше.

— Коллен, пожалуйста… Обещайте, что не будете вставать без необходимости.

— Обещаю.

— И не будете ходить в подозрительные лавки.

— В ближайшее время это будет довольно затруднительно.

— Коллен.

— Обещаю, — сказал он уже серьезно.

Я немного помолчала, потом все-таки добавила:

— И снова вызовите лекаря, пожалуйста. Или попросите кого-нибудь. Повязку нужно менять. И вообще… вы потеряли много крови.

— Художники присматривают за мной. Обещаю, я не останусь без помощи.

У двери я остановилась и оглянулась на него.

— Выздоравливайте.

— Я постараюсь. Ради вас — обязательно.

Ну вот зачем. Зачем он так сказал?

Я быстро отвернулась.

— До свидания, Коллен.

— До свидания, Зоя.

Выйдя за порог, я пошла быстро-быстро, почти переходя на бег.

К Марре. Срочно. Несмотря на то, что время уже близилось к ночи. Потому что если мое подозрение верно, то в этой истории пряталось что-то гораздо интереснее, чем результаты моей «проверки».

И, кажется, гораздо ближе к жестким методам Хорна, чем хотелось бы.

Через две минуты я уже неслась так, что подол платья путался в ногах. Мне казалось, что если я буду быстрее. еще быстрее, то обгоню саму судьбу, и… Что точно должно тогда случится, я не знала. Но надеялась на чудо.

В итоге я так резко затормозила возле цветочной лавки, что едва не врезалась лбом в вывеску. Внутри было темно. Окна закрыты. Лавка спала, и спала уже вся улица, лишь вдалеке подмигивало окно в одном из домов.

Я постучала в ставню.

Тихо. Потом громче, еще громче… Не сработало.

— Марра! — прошептала я. — Марра, проснись, пожалуйста!

Ничего.

Только где-то в соседнем дворе лениво звякнула цепь.

Я снова постучала. Но Марра не просыпалась и не отзывалась.

Тогда я подошла к входной двери и увидела горшок с крупным цветком. С темными листьями и белыми лепестками, которые мягко светились в темноте. Мне на секунду стало перед ним очень стыдно. Растение ведь ни в чем не виновато. Оно просто стояло на крыльце, занималось фотосинтезом или, там, его местным магическим аналогом и явно не собиралось участвовать в ночной драме.

— Прости, — сказала я ему.

Подняла горшок повыше и уронила его на крыльцо.

Он с грохотом упал со ступеньки, раскололся, земля рассыпалась по камням, цветок жалобно завалился набок. В ту же секунду за соседним забором взвыла собака. Потом вторая. Потом, кажется, третья, хотя, возможно, это был уже какой-то очень возмущенный человек.