Книга Город богов и монстров, страница 256 – Кайла Эдвардс

Дарьен молча придвинулся и обнял ее, как мог, в тесном пространстве машины. Слова больше не имели смысла, такому горю было ничем не помочь. Он ничего не мог ни сказать, ни сделать.

Она потеряла друга. Да еще и друга-собаку – единственное существо в мире, не способное обидеть того, кого любит. Лорен дотянулась до Дарьена, положила голову ему на плечо, по-прежнему прижимая умершего Сингера к груди. И хотя она сама прильнула к нему, Дарьен не знал, хочет ли она его объятий.

Но он все равно больше ничего не мог сделать.

* * *

Дарьен вышагивал по спальне вдоль кровати.

Проходили часы, а Лорен не показывалась из своей комнаты. Когда они приехали в Адские Врата и он попытался помочь ей выйти из машины, в ней что-то вдруг сломалось. Она разрыдалась, начала отбиваться, чуть не расцарапала ему лицо. Понадобилось немало времени, чтобы вывести ее из этого безумного состояния, а когда она наконец опомнилась, он помог ей похоронить Сингера во дворе.

Долгое время она стояла на коленях перед его могилой. Дарьен держался возле нее – ничего не говорил, просто был рядом на случай, если он ей понадобится. После того, как она наконец позволила Дарьену увести ее в дом, он обработал ее раны. Она не реагировала ни на какие слова, ее глаза были пустыми. Контраст с прелестной, жизнерадостной девушкой, которую он знал, ужасал Дарьена.

Умерло что-то у нее внутри, ушло из жизни вместе с псом, которого она любила. Девушка, скрывшаяся за дверью ее комнаты, была пустой оболочкой, и Дарьена не отпускало пугающее чувство, что во всем виноват он.

Ближе к пяти утра он сел на пол, привалившись к кровати, и так сидя и уснул, откинув голову на изножье.

А когда резко проснулся четыре часа спустя, отдохнувшим себя не почувствовал. Он принял душ и собрался выслеживать очередную цель.

По пути вниз он задержался у двери Лорен. Чутким слухом он уловил ее сердечный ритм – медленный и ровный, указывающий, что она еще спит.

Внизу он застал Таннера, отдал ему диктофон с записью и попросил прогнать ее через программу распознавания голоса. Как только посланница в маске кролика снова воспользуется своим телефоном в любой точке города, даже самой удаленной отсюда, они смогут отследить звонок и выяснить, кто она и, что еще важнее, на кого она работает.

Направляясь к машине и доставая снимок, по которому ему предстояло выследить очередного урода, он заметил, что посматривает на озаренные утренним светом окна третьего этажа. Ничего другого ему сейчас не хотелось сильнее, чем остаться здесь, с Лорен, – на случай, если он ей понадобится, когда она проснется. Однако он понимал, что обольщаться ему не стоит. После всего, что случилось прошлой ночью, после того, как ее пес погиб из-за него, теперь она ненавидит его сильнее, чем прежде.

Он это заслужил. А чего не заслужил, так это ее. И никогда не заслуживал, глупо было даже надеяться.

Видимо, в этом они сходятся.

Потому что сам себя он ненавидел сильнее, чем когда-либо за всю свою невероятно долгую и мучительную жизнь.

* * *

Кочующий вампир долго умолял Дарьена не убивать его.

Дарьен не стал слушать. Мракоумертвители не слушают и, конечно, не унижают себя сделками с теми, кого выслеживают.

Дарьен уничтожал его без спешки, медленно и старательно, в соответствии с пожеланиями безликого клиента, который нанял его на прошлой неделе. Несмотря на то, что клиент все равно никогда не узнал бы, как он действовал – быстро и просто перерезал цели горло или растянул удовольствие, отнимая у него жизнь понемногу в течение нескольких часов, – Дарьен следовал приказам. Потому что был чудовищем в той же мере, как и его наниматели.