Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 124 – Эмбер Николь

Впереди очередь разделялась на три секции. Одна группа двигалась в центр, другая поднялась по лестнице, а третья спустилась вниз, куда и направили Самкиэля. Я посмотрела вверх. Высоко над нами находилась большая каменная платформа, на которой располагалось что-то похожее на офис. Про себя я отметила, что это место нужно будет исследовать.

Мы спускались все глубже и глубже, в самые недра тюрьмы. Вонь продолжала усиливаться, а внизу лестницы виднелась лишь непроглядная тьма. Единственным источником света были слабые огни наверху – таким образом мы хотя бы немного видели путь. Спиральная лестница тянулась, как мне казалось, целую вечность, пока мы, наконец, не спустились в большую комнату.

Голоса стали громче, и я огляделась. Заключенные сидели в каком-то подобии столовой, приборы стучали об миски и тарелки. Старожилы мрачно посмотрели в сторону новеньких, но ничего не сказали. Затем их взгляды метнулись к охранникам, каждый из которых держал в руках что-то похожее на посох с шаром на конце.

Самкиэль споткнулся, и я свалилась обратно в его карман. Снова поднявшись наверх и высунув голову, я увидела одного из охранников – существо с ощетинившейся вдоль позвоночника шерстью. Он фыркнул и ухмыльнулся Самкиэлю и Ориму, обнажив острые, как кинжалы, зубы. Что ж, значит, он умрет первым. Подняв свой посох, страж указал на отступающих заключенных. Мы снова двинулись – мое внимание привлек звук и запах свежей воды. Очередь остановилась, когда охранники выстроили арестантов в ряд, переговариваясь и указывая на душевые. Водяной пар наполнил комнату. Охранник крикнул что-то еще, и заключенные начали раздеваться.

Самкиэль слегка похлопал себя по карману, предупреждая, чтобы я не упала, пока он снимает штаны. В ту секунду, как брюки оказались на полу, я выскочила и убежала.

Я уже несколько часов изучала тюрьму. Мне нужно было добраться до верхних этажей, но вскоре я поняла, что единственный способ туда попасть – пройти через двери, ведущие к лестнице, а сейчас они были закрыты. По крайней мере, других путей не было видно.

Я вернулась в столовую и спряталась в трещине в мощеном каменном полу, наблюдая за Самкиэлем и Оримом. После исцеления его желудок снова мог удержать пищу. Единственная проблема заключалась в том, что теперь я умирала от голода. В этом месте у меня не было возможности уходить и приходить по собственному желанию, поэтому нужно было найти способ пропитания, который не включает убийства и не привлекает лишнего внимания. Отлично, просто замечательно.

Охранник постучал посохом по перилам – все заключенные встали, отнесли свои подносы и вышли из столовой. Я помчалась за ними по пятам, пока они углублялись в темный тюремный коридор.

На этом этаже было так же темно, как и наверху, а коридор разветвлялся в две стороны. Охранники указали на комнаты-пещеры, огражденные металлической решеткой, и принялись сортировать заключенных – по двое на камеру. К счастью, Орим и Самкиэль снова оказались вместе. Я нырнула сквозь железные прутья, стараясь оставаться в тени. Охранник крикнул им что-то грубое, прежде чем запереть камеру на замок.

Убедившись, что стражник ушел и звук его сапог затих, а остальные заключенные не смотрят в сторону камеры, я приняла свой обычный облик. Размяв шею, я вышла из тени. Орим подпрыгнул, схватившись за грудь.