Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 326 – Эмбер Николь

— Ты должен быть мертв, – прорычал Каден.

Я согнул запястье, и сила, мерцавшая на моей коже, собралась в руке. В моей ладони появилась тень клинка, такая же темная и яростная, каким они сделали меня.

Меч сформировался, и фиолетовые и черные щупальца магии потянулись в поисках следующей жертвы. Я направил его на Кадена.

— Я – нет, но ты скоро будешь.

— Клинок Забвения, – прошептал Исайя. – Как ты забрал его у Меры?

Мои губы скривились от отвращения.

— Я не забирал. Я и есть Забвение. Его нельзя у меня отнять.

Он невольно отступил, но страх и здравый смысл его подвели. Зубчатые лезвия, выступающие из доспехов над их запястьями, были такими же острыми и смертоносными, как и они сами. Исайя прищурился, прежде чем посмотреть на Кадена. Я знал, насколько они сильны.

По отдельности они были смертельно опасны, а вместе могли разорвать мир в клочья, используя только когти и зубы. Я должен быть умнее. Мой отец учил меня думать во время боя.

— Даже у самого сильного из твоих врагов есть слабость. Мы можем быть жестокими воинами, но мы из плоти и крови. Прежде всего мы эмоциональные существа, какими бы суровыми мы себя ни считали. Эмоции, сын мой, распространяются по организму быстрее, чем кровь.

Он взмахнул копьем над головой, и его острие коснулось моего сердца.

Найди слабое место и используй его, если придется. Ни один бой не бывает честным, даже между богами.

— Я понимаю твою одержимость, брат, – выплюнул я последнее слово, словно оно было ядом. Даже если я это отрицал, его любовь к Дианне была такой же сильной и страстной, как и моя. – После того как она стала моей, я понимаю, почему ты не можешь оставить ее в покое.

Глаза Кадена горели от ярости, и он сжал кулаки так сильно, что на них выступила кровь, а когти глубоко впились в ладони.

— Показать тебе, почему она никогда не вернется к тебе? Почему отец никогда не выберет тебя? – Я ухмыльнулся, оценивая его реакцию, прежде чем вонзить в него нож своих слов. – Хочешь узнать, почему я король, а вы двое – забытая страница истории, вырванная и выброшенная?

Они пришли в ярость. Исайя сделал один шаг вперед, но Каден поднял руку, останавливая его.

— Значит, блудный сын вернулся, – прошипел Каден, оранжево-красное пламя вспыхнуло под его доспехами. – Ты правда думаешь, что несколько жестоких слов заставят нас действовать так безрассудно? Я знаю, какая сила таится под твоей кожей. Такая же, как у отца.

— Я думаю, что ты дурак. Честное слово. Ты веришь, что сможешь победить меня здесь и вернуться к Дианне. – Я поднял руку и усилием воли снял перчатку, обнажив кольцо, которое я сделал для нее. – Дианна никогда не выберет тебя, даже несмотря на все твои коварные планы. Она выбрала меня и наслаждается каждым днем с того момента, как мы встретились. Она бросила тебя тогда и ни разу не оглянулась назад. Ни разу.

— Что это? – прошипел Каден.

— Ты украл нашу метку аматы, так что я сделал это. Она моя жена, моя единственная, и она никогда больше не будет твоей. Никогда.

Каден взревел, атакуя меня со слепой яростью. И пал первым.

Я отклонился, и перчатка снова была на моей руке, а затем взмахнул мечом. Колени Кадена с глухим стуком ударились об землю, а глаза расширились от изумления. Я с удовлетворением наблюдал, как его голова склонилась набок, а затем скатилась с плеч.