Книга Трон сломленных богов, страница 177 – Эмбер Николь

— Что ты делаешь? – крикнул мне Логан.

Я стояла, не обращая внимания на дрожь в ногах и отчаянную нужду моего тела в пище.

— У меня есть план! – крикнула я в ответ, и массивная голова Тобиаса мотнулась ко мне, гипнотически покачиваясь из стороны в сторону.

— Я собираюсь держать тебя здесь, пока Каден не вернется, а затем заставлю смотреть на то, как мы разорвем этих небесных тварей на куски, – прошипел Тобиас, свернувшись клубком и готовясь нанести удар.

В моей голове всплыл новый план: нужно было хорошенько его разозлить.

Я пожала плечами, мою руку тут же пронзила боль.

— Можешь попробовать, но, думаю, даже они протянут дольше, чем Алистер.

Его глаза превратились в две тонкие щелочки. Он издал глубокое свистящее шипение и бросился на меня с разинутым ртом.

— Дианна! – закричала Неверра, когда я прыгнула прямо на Тобиаса и исчезла в его пасти.

Я с ужасом смотрел на то, как Дианна бежит к Тобиасу с мечом наперевес. Он так быстро скользил по каменному полу, что я чувствовал вибрацию прямо под ногами. Мое сердце замерло, когда Тобиас распахнул свои массивные челюсти и поглотил ее целиком. Мы с Неверрой застыли, наблюдая, как сжимается его чешуйчатое горло.

Он обратил на нас свой змеиный взгляд, его глаза сияли триумфом. Он зашипел, его губы оттянулись назад, обнажая омерзительные острые клыки. Его намерения были ясны. Мы были следующими. Длинное тело Тобиаса почти лениво скользнуло к нам.

Я встретил полный любви взгляд Неверры и кивнул. Она была моим покоем; если мы умрем здесь, то, по крайней мере, умрем вместе. Я снова нашел ее и не мог желать большего. Она улыбнулась мне и подняла свое оружие. Моя амата наизусть знала мое сердце, и я никогда не был один.

— Я люблю тебя, – прошептал я.

— А я тебя, – ответила она.

В этих словах было все, и даже больше.

Мы синхронно обернулись, серебряная броня покрыла наши тела по одному щелчку колец. Наше оружие сверкнуло в воздухе – мы были готовы к бою. Вдруг Тобиас остановился, его челюсть отвисла, как будто его застигли врасплох. Он вздрогнул и принялся извиваться. Его шипение стало безумным, голова моталась из стороны в сторону. Затем мы увидели очаг яркого пламени, пылающий в его животе. Меч пронзил его прочную кожу – оглушительный крик, вырвавшийся из его пасти, достиг даже самых дальних миров. Сияющий меч вышел наружу и двинулся от живота к голове, разрезая его пополам.

Мы с Неверрой с открытыми ртами смотрели, как его гигантское тело падает на землю, словно срубленное дерево. Дианна стояла в самом центре кровавой лужи, вытянув руки и направляя поток пламени на огромный труп. Когда от него не осталось ничего, кроме пепла и углей, Дианна запрокинула голову назад – ее грудь вздымалась, как у воина, наслаждавшегося результатом долгой битвы. Тогда я понял. Понял, почему Самкиэль так сильно ее любил, даже несмотря на то, что он отказывался произносить эти слова. Он рисковал своей короной, своим троном и всем миром ради нее, потому что Дианна была королевой, достойной любого короля.

Она вытерла остатки внутренностей со лба, подняла глаза к небу и улыбнулась. Прах Тобиаса взмыл в воздух, прежде чем ускользнуть через открытый потолок. Она убрала меч обратно в кольцо и взглянула на нас. Самкиэль хотел найти равного себе, и, клянусь старыми богами, ему это удалось.