Книга Трон сломленных богов, страница 217 – Эмбер Николь

— Он меня боится? – прошептала я, не в силах скрыть боль в голосе.

Было так глупо придавать этому значение. Минуту назад я даже не знала, что это животное существует.

— Пойдем, – мягко сказал Самкиэль. – Он дружелюбный. Клянусь.

Я недоверчиво посмотрела на Самкиэля, но олень повиновался и приблизился ко мне с высоко поднятой головой. Судя по его раскидистым рогам, он был очень древним, и все же он меня боялся. Самкиэль подошел к нему с другой стороны, протягивая открытую ладонь с ягодами. Олень принял угощение, а Самкиэль погладил его блестящую шерсть.

— Теперь ты, – сказал он, кивнув мне.

Я не знала, почему я вдруг так занервничала, но мне ужасно хотелось понравиться этому чертовому животному. Я медленно протянула руку. Олень наблюдал за мной, продолжая есть из ладони Самкиэля. Мои пальцы коснулись его шерсти, и я улыбнулась:

— Он такой мягкий. Его мех на ощупь похож на перья.

Самкиэль смотрел на меня с улыбкой.

— Это очень древние существа. На Рашириме они олицетворяли силу и могущество. Олень Лорвега был символом моей матери.

Моя рука замерла, и олень удивленно поднял голову.

— Правда?

Самкиэль кивнул, и его улыбка померкла.

— Да, и это последний из их вида.

Что-то сжалось у меня в груди.

— Где ты его взял?

Он пожал плечами, вытирая руки о свои шорты.

— Я сохранил на Рашириме все, что мог, но и многое уничтожил. Это одно из моих многочисленных сожалений.

Самкиэль улыбнулся – на этот раз не мне, а стоявшему между нами оленю. Он поднял руку и аккуратно погладил его грациозную шею. Олень фыркнул от удовольствия. Заметив печальный, затуманенный болью взгляд Самкиэля, я заговорила:

— О, так ты меня привел на урок? А я думала, мы будем купаться в озере голышом.

Я попыталась поднять ему настроение, пошутить – сделать что угодно, чтобы облегчить боль в его глазах. Одного его взгляда было достаточно, чтобы мое израненное сердце сжалось.

Он кивнул в сторону моей руки, не клюнув на наживку.

— Давай покорми его.

Я протянула руку, и олень осторожно меня обнюхал.

— А что, если я ему не понравлюсь?

Самкиэль продолжал гладить зверя по мягкому боку.

— Ты не можешь не понравиться.

Я мягко улыбнулась и хихикнула, когда щетинистая морда оленя уткнулась в мою ладонь.

— Щекотно.

Самкиэль молча за мной наблюдал. Олень съел угощение, а затем опустил морду к земле в поисках упавших ягод, пока я продолжала его гладить. Воцарилась тишина, но она не доставляла нам дискомфорта. Присутствие Самкиэля дарило мне покой. Я могла проводить рядом с ним целые часы и никогда не чувствовала необходимости нарушать тишину. Я не могла признаться в этом даже самой себе, не говоря уже о Самкиэле. И все же это была одна из многих причин, по которой я ушла.

— Знаешь, когда мы с Габби были младше, она любила сказки о принцессах, которые умели разговаривать с животными.

Самкиэль взглянул на меня через оленью спину.

— Думаешь, я принцесса?

— Абсолютно в этом уверена. Ты такой же избалованный.

Улыбка тронула его губы.

— Не хочу разрушать твои иллюзии, но я с ним не разговариваю. Полагаю, мы умеем понимать друг друга без слов.

Я медленно кивнула, хотя уголки моих губ слегка дернулись.

— Конечно, принцесса.

Наши взгляды встретились, и у меня была всего секунда, чтобы пожалеть о своем решении, – он щелкнул пальцами, и вода из озера фонтаном хлынула на меня.