Книга Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 1, страница 154 – Шуан Мэйхуа

Лун Чжи упал на колени, тяжело дыша. Когда острый наконечник меча коснулся пряди его волос, он приподнял голову и увидел полупрозрачный силуэт Чжоу Чжуаньсу, призрачным видением окутывающий тело Его Высочества. Взгляд бога был одновременно сострадательным и разгневанным.

Сколько сражений, сколько боли и печали им удалось пережить вместе. Сколько слов было сказано и какой путь был ими проделан.

Чжоу Чжуаньсу дал ему имя – Лун Чжи^[86]. Что было напоминанием ему, как будущему хозяину божественного оружия, про жертвенные подношения, чей крик ужаса отпечатался в его памяти, сменившись звоном молота по раскаленному необработанному куску железа, пока тот не приобрел вид меча. Вот только кровь настолько глубоко проникла в металл, что пропитала насквозь, с тех пор железо приобрело алый оттенок.

Теперь же тот, кто был его верным соратником, превратился в ничтожный мусор. Как же больно смотреть, когда великие падают лицом в грязь. Еще больнее, когда великих заставляют прислуживать тем, кто даже не умеет держать в руках оружие.

Силуэт Чжоу Чжуаньсу, что появился на мгновение, вновь испарился, как будто и не появлялся вовсе. Ю Вэйюань взял меч обеими руками и, повинуясь внутреннему зову, вонзил меч в землю. Послышался хруст, и земля под ногами раскололась и задрожала. Из образовавшихся расщелин вырвались серебристые путы.

Лун Чжи встал, но эти путы сковали его руки и ноги, заставив вновь склонить голову перед Ю Вэйюанем.

— Кому ты служишь? – Голос Его Высочества звучал грозно.

В глазах принца вспыхнуло черное пламя ненависти к тому, кто посмел сотворить подобное с тем, кто принадлежал ему.

Лун Чжи, встретившись с взглядом наследного принца, ничего не ответил. Демон лишь опустил голову, скрыв лицо за серой тенью свисающих прядей. Ю Вэйюань опустился на одно колено и, коснувшись пальцами подбородка мужчины, вынудил того поднять голову и снова посмотреть ему в глаза.

— Кто сделал это с тобой?

Лишившись нескольких связующих нитей с истинным Муоуши, сознание Лун Чжи немного прояснилось. Вот только этого было недостаточно, чтобы заставить его говорить. Ю Вэйюань тяжело выдохнул и инстинктивно потянулся к макушке демона. Холодные пальцы впились в смоляные волосы, связывая между собой сознания, развеивая дымку и погружаясь в глубокие воспоминания.

Так как тело Лун Чжи было соткано из множества частей тел, Ю Вэйюаню пришлось потрудиться, чтобы отыскать именно нужный осколок, отражающий последнее, истинное Цзюнь-шан Лун Чжи.

— Нашел, – вырвалось из уст принца.

Он потянулся к маленькому, блеклому духовному огоньку, что парил среди тысячи других таких же душ. Они были собраны в кучу, угодив как стая мотыльков в сети хищника, а вырваться из западни им мешала липкая паутина. Те, кто пытался вырваться и подлетал слишком быстро, тут же прилипали к вязким нитям, оставаясь трепаться на ветру.

Стоило дотронуться до холодного пламени, как картинка сменилась, и Ю Вэйюань вновь очутился в ледяном сознании Чжоу Чжуаньсу.

Тот стоял к нему спиной, одетый в величественные одеяния, расшитые золотом. Ю Вэйюань направился к нему, но остановился, увидев, как из развевающихся белых одежд бога вырисовывается еще один темный силуэт. Лун Чжи стоял перед Чжоу Чжуаньсу на коленях. Из его глаз неустанно стекали слезы, что разбивались о белоснежный ковер, пачкая алой кровью.