Книга Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 1, страница 175 – Шуан Мэйхуа

Демоница призвала свой белоснежный меч, что блеснул под холодным светом луны. Встав напротив Му Яна, она приложила к его солнечному сплетению свою ладонь, обращаясь к нему:

— Закрой глаза. Не обращай внимания на то, что ты видишь или чувствуешь. Сосредоточь все внимание на слухе. Он у тебя лучше, чем у обычного человека. Научись разделять звуки. Вслушайся в каждую каплю дождя, что разбивается о землю. Их много, но для начала попробуй сконцентрироваться хотя бы на одной из них.

Послушавшись, Му Ян закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Лань Сюэ кое-что не давало покоя, и она не удержалась, чтобы это не проверить. Она тоже закрыла глаза, пытаясь увидеть внутренний мир демона. То, что скрывается под кожей. Самое ранимое и скрытое от глаз, прячущееся словно под непробиваемым панцирем.

Чжоу Чжуаньсу обладал схожей способностью. Он мог видеть воспоминания, скрытые мысли и душевные терзания. Мог касаться чужой души. Однако подобные практики довольно опасны для морального состояния того, кто это практикует. Если демон принимает слишком близко к сердцу чужую боль, то волна посторонних переживаний может с легкостью его поглотить.

Демон также может утратить собственное «я», растворившись в чужом страхе. Практикующий не должен проявлять жалость или пытаться разделить боль чужого человека. Единственное, что возможно сделать, чтобы усмирить душу и не пострадать самостоятельно, – запечатать болезненные воспоминания где-то глубоко в подсознании, наложив печать.

Пока мысли демона были заняты, Лань Сюэ решила проявить немного хитрости и заглянуть в воспоминания Му Яна. Она уже знала, что ничего хорошего там не увидит, но попробовать все равно стоило, ведь из него слова не вытянешь, если он не захочет. Настолько этот демон был упрям.

Лань Сюэ нахмурилась, едва ее духовные силы дотянулись до оболочки его души. Она почти не практиковала подобное, но такой светлой души демоница еще не видела. Вот только эта душа была настолько изранена, что без слез не взглянешь. Вот и она не выдержала, и из-под плотно сомкнутых век просочились слезы, стекая по бледным щекам к подбородку.

Глубокими шрамами была покрыта его душа и тело. Ранее они явно кровоточили, но сейчас уже успели затянуться. Но это были не только физические раны, но и душевные переживания за других.

Стоило Лань Сюэ попытаться дотянуться до духовных потоков Му Яна, как перед глазами появилось четыре печати.

Четыре печати отражали иероглифы четырех священных зверей: дракона, феникса, единорога и змею, обвивающую черепаху. Они были наложены друг на друга. На печати черепахи лежала печать единорога, поверх нее – треснутая печать дракона, сверху – феникса. Но от последней остался лишь пепел. Возможно, кто-то намеренно снял ее, а возможно, произошло что-то такое, что вынудило заклинание разрушиться самостоятельно.

Демоница вздрогнула, когда перед ее глазами неожиданно вспыхнуло пурпурное пламя. Стоило ей попытаться заглянуть в прошлое демона, как невидимые когти оттолкнули ее прочь.

Демоница распахнула глаза и тяжело задышала. В тот же самый момент Му Ян, который совершенно не подозревал о ее коварном плане, открыл глаза и тихо произнес:

— Получилось.

— Что? – переспросила Лань Сюэ, потерявшись в своих мыслях.

— Сосредоточиться на одной капли дождя.