Книга Имя мне Тьма, страница 81 – Евгений Фронтикович Гаглоев

— В общем, так, – снова заговорила завуч, ударив ладонью по письменному столу. – Нам в нашей школе подобные инциденты ни к чему! Если вы, Роман Алексеевич, взвалили на себя эту ношу, я вам настоятельно рекомендую усмирить этого абсолютно асоциального мальчишку, иначе мне действительно придется отстранить его от занятий! И кстати, в этом возрасте многие охламоны уже бросают школу и идут работать. Может, вам стоит рассмотреть этот вариант?

Степан удивленно взглянул на нее. Такого он точно не ожидал услышать.

— Вы меня поняли? – свирепо уставилась завуч на Романа.

Кукушкин вздохнул.

— Теперь послушайте меня, – тихо заговорил он. – Никого вы отстранять не станете. И школу никто бросать не будет. Я прекрасно знаю, что собой представляют Валентин Баранин и Влад Казилов. По этим двум идиотам давно уже колония плачет. В полиции собрано целое досье на всех членов их группировки. Мне известно и то, что Влад Казилов – сын вашего младшего брата-предпринимателя, который постоянно покрывает его перед законом. Но это не будет продолжаться вечно, понимаете?

— Что? – ошеломленно спросила Алевтина Дмитриевна. – Вы что… К чему вы клоните?

— Поэтому я вам настоятельно рекомендую следить за порядком в этой школе, а также за разными уродами, которые донимают других учеников. Я отлично знаю, как вы боитесь огласки, но больше у вас этот номер не пройдет. Я могу воспользоваться этим инцидентом как подходящим предлогом и устроить вам такие проверки, что вы все здесь взвоете!

Брови завуча, нарисованные черным карандашом, поднимались все выше.

— И теперь, уважаемая Алевтина Дмитриевна, вы лично будете следить, чтобы к этому парню никто не цеплялся. – Роман Кукушкин продолжал говорить тихим, ровным голосом, а завуч краснела все сильнее. – Особенно ваш любимый племянничек. Если я еще хоть раз увижу Степана в синяках, сюда нагрянет отдел по борьбе с коррупцией, санэпидемстанция, органы социальной опеки, инспекторы по технике безопасности и такие службы, о существовании которых вы и понятия не имеете. Я стальными клещами вцеплюсь в вас, в вашего недоразвитого племянника и его отца, и я точно что-нибудь нарою. Вы этого хотите?

Завуч ошеломленно смотрела на него. В ее густо подведенных глазах читалась неприкрытая ненависть и страх.

Роман Кукушкин замолчал, невозмутимо глядя на Алевтину Дмитриевну. Завуч смущенно откашлялась.

— Ладно, – произнесла она внезапно охрипшим голосом. – Я вас поняла, Роман Алексеевич… Будем считать, что вопрос исчерпан.

— Замечательно, – добродушно улыбнулся Роман, встал со стула и сделал знак Степану следовать за собой. – Хорошего дня, Алевтина Дмитриевна.

Слегка ошалевший от случившегося, Степан торопливо последовал за Кукушкиным. Уроки к тому времени давно закончились, поэтому они сразу зашагали к выходу из школы.

— Егор нас в машине ждет, – как ни в чем не бывало сообщил Роман. – Кстати, у меня есть еще пара часов свободного времени. Может, вас в пиццерию свозить? Устроим себе праздник живота.

— Я… гм… кхм… – все, что смог тогда ответить Бузулуцкий.

Но именно тогда Степан понял, что может во всем доверять Роману Кукушкину.

Очередным заданием практикантов было оформление выставочных витрин для нескольких будущих экспозиций музея. Студентам под надзором опытных кураторов предстояло не только расположить экспонаты в их самом выигрышном виде, но и снабдить все предметы табличками с указанием их наименования, места нахождения и примерной даты изготовления.