Книга Месть по-королевски, или В погоне за справедливостью, страница 62 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

— Но почему? — возмутилась Варвара. — Ведь основная часть работы была уже сделана, остались сущие пустяки!

— Видишь ли, Варенька, Орест Петрович всегда работал один, без помощников и ассистентов. Нам попросту некому было передать его дневники и рабочие тетради. И тогда бабушка приняла поистине гениальное решение, она взяла любимый сундучок деда, который он обычно использовал как переносной сейф, и, сложив в него все записи, торжественно вручила это сокровище маме со словами: «Надеюсь, ты сумеешь этим правильно распорядиться и открытие твоего отца все же увидит свет!» Однако мама, работающая в химической лаборатории и даже имеющая степень кандидата наук, не оправдала бабушкино доверие и, забросив сундучок на антресоли, вспомнила о нем только в день моего шестнадцатилетия. Я же к химической науке была неравнодушна с самого детства, видимо, сказались дедушкины гены, но меня больше интересовали коллоидная химия и полимеры, поэтому записи Ореста Петровича продолжали лежать без дела на дне сундучка. Зато самим сундучком я пользовалась исправно, надежно пряча там свои секреты и любовные записочки одноклассников. Шли годы, у меня родилась дочь, и, когда Ларисе исполнилось шестнадцать, соблюдая семейную традицию, начатую бабушкой, я передала ей старинный сундучок Ореста Петровича Звягинцева, ни секунды не сомневаясь, что именно Ларочка сможет воплотить в жизнь открытие своего знаменитого предка. Однако жизнь распорядилась по-другому, Лариса бросила химию, поступила в цирковое училище и стала использовать сундучок исключительно для хранения своих секретов.

— Увлекательная история, — заметила Варваpa, — только совершенно не понятно, при чем тут убийство Сластенова?

— Погоди, я как раз подхожу к самому главному. Поздно вечером в понедельник ко мне в номер пришел Бородин, он был очень расстроен Ларисиной холодностью и просил повлиять на нее. Саша признался, что идея организовать встречу в «Гелио-парке» принадлежит именно ему и что он затеял все это только ради Ларочки. Бородин впервые был так искренен и настойчив, и я пообещала поговорить с дочерью и сделать все, что в моих силах, для их полного примирения. Поэтому во вторник с самого утра я поспешила к Ларе. На мое счастье, в номере она была одна, но разговор все равно не клеился, а тут еще этот звонок из администрации «Гелио — парка».

«У них там какая-то путаница с накладными, объяснила мне Ларочка, натягивая на ходу майку и джинсы, — ты подожди меня здесь, я вернусь минут через пятнадцать, и мы договорим». Сундучок я обнаружила случайно на подоконнике за шторой. Эта находка одновременно обрадовала и испугала меня. «Ларочка чтит семейные традиции и бережет дедушкину реликвию- с гордостью подумала я. Ведь сундучок выглядел как новый, все медные детали были начищены и блестели на солнце. Но зачем Лара притащила его с собой, неужели ей есть что скрывать от мужа?» Не задумываясь ни секунды, я нажала на секретную пружину, о которой знали только мы с дочерью, и крышка легко открылась.

Внутри сундучка среди тетрадей и дневников, оставшихся от Ореста Петровича Звягинцева, я нашла то, что заставило меня признаться в убийстве Стаса…

— Что же это было, тетя Адочка? — Варька нетерпеливо подергала за рукав задумавшуюся женщину.