Книга С ненавистью к тебе, страница 90 – Екатерина Юдина

— О чем ты? – спросил он. – Лия, объясни.

Откинувшись на спинку сиденья, я принялась снимать перчатку.

Сорвала ее, бросила ее пол и показала альфе свою ладонь. Вернее, метку истинности.

Вновь повисла тишина. Я все еще не смотрела на Лерана. Изо всех сил старалась делать так, чтобы рука не дрожала и лишь спустя какое-то время, не получив никакой реакции, с трудом осмелилась поднять взгляд на альфу.

Он сидел неподвижно. С замершим выражением лица и, не моргая смотрел на метку.

Но, наверное, почувствовав мой взгляд, посмотрел мне в глаза.

— Это такая шутка?

— Похоже, что я шучу? – спросила, надломленным голосом. Вновь откидываясь на спинку и ладонью, которая все еще была скрыта перчаткой, потирая лицо.

Леран некоторое время ничего не говорил. Но такого выражения лица, как сейчас, я у него никогда не видела. Вернее, оно менялось. Множеством эмоций. Так, словно черты ломались.

— То есть, у тебя серьезно с кем-то появилась метка истинности?

Я еле заметно кивнула.

— Сегодня? С кем?

Я отрицательно качнула головой.

— Нет. Метка проявилась, когда ты был в деловой поездке.

Наверное, в этот момент я сильнее всего боялась смотреть на Лерана, но все же это сделала и в его глазах с замиранием увидела то, чего боялась сильнее всего.

— Когда… я был в поезде? – переспросил он. Затем резко опустил взгляд на вторую мою ладонь. – Перчатки. Ты под ними прятала метку. Какого хрена, Лия?

Я сжалась и опустила взгляд.

— У тебя есть повод злиться на меня…

— Неужели? Я черт раздери тебя своей женой давно представлял. Думал о том, как ты понесешь от меня. Как мы с тобой… Блядь. А ты бросаешь меня и… ты мне лгала. Только я не понимаю, какого хрена ты вчера вечером дала мне трогать себя, если у тебя появился гребанный истинный?

Я чувствовала его ярость, но понимала, что заслуживаю чего-то куда более худшего. Я даже представить не могла, что делала бы на месте Лерана.

— Я боялась тебе рассказать… Да и не хотела. Понимаю, насколько это ужасно звучит, но, наверное, я паршивый человек. Я… Я не рада этой истинности. Никакое это, дьявол, не счастье. Мне хотелось ее снять. Чтобы она осталась просто как страшный сон. И… я люблю тебя… Я думала, что мы с тобой сможем остаться вместе.

Глаза начало жечь. Я почувствовала, как по щеке скользнула слеза.

— В каком это смысле ты не рада истинности?

Я еле сдержала грустную, печальную улыбку. Нам еще в школе рассказывали о том, какое это счастье встретить истинную пару. То, что после этого возникает ощущение целостности. То, что лучше этого ничего нет.

Как оказалось все это ложь.

— Как видишь, я не визжу от счастья из-за наличия у меня истинной пары, - я кончиками пальцев вытерла слезу, но за ней тут же появилась следующая. – И уж точно я к этому альфе никакой любви не почувствовала. Наоборот. Это как… Словно меня клеймом привязали к тому, к кому я совершенно не хотела. Ты… Ты сказал, о том, что видел меня своей будущей женой и то, что я тебя бросаю. Я тоже видела тебя своим будущим мужем. И я… люблю тебя, - последние слова я произнесла немного тише. – Поверь, я бросаю тебя не потому, что хочу. Я вынуждена это сделать.

Леран пальцами зарылся в волосы и сильно растрепал их, а я только сейчас поняла, что он был без футболки. Только в пижамных штанах. И ступни босые. Леран даже обуться не успел.