Книга Я плохому не научу, страница 25 – Лина Мак

Мужчины разворачиваются, чтобы пройти дальше по дому, вероятно, в кабинет Баринова-старшего, а я…

— Всем спасибо за внимание, все свободны, – говорю громко гостям, которые стоят в шоке от происходящего, разворачиваюсь и иду на выход.

Нормально так они решили. А ты, Катя, стой и жди. Тебе же больше заняться нечем?

— Катерина, вернись, – слышу голос папы в спину.

— Повторяешься, папенька, – злюсь я и замечаю папиного водителя, что стоит у машины. – Или ты садишься и везёшь меня, куда скажу, или я поеду сама, – говорю парню строго.

И уже через минуту мы выезжаем со двора, оставляя за спиной балаган идиотов и бегущего за машиной Тима.

* * *

— Да мать же вашу! – злюсь я, смотря вслед уезжающей тачке.

В груди всё кипит от злости, и в первую очередь на самого себя. Слышу за спиной шаги, но не оборачиваюсь. Внутри всё кипит, а в голове бурлит вопрос: «Какого хера она меня дрессирует»?

— Ну что я могу сказать, – рядом становится брат Кати. – Если ты правда влип в мою сестру, то ты такой же больной, как и она.

— Интересный диагноз, – хмыкаю я. – Ещё советы будут? – бросаю на Макса злой взгляд.

— О нет, – лыбится он. – Я не советчик в вопросах сестры. Да и никто не советчик. Мне вот только интересно, на сколько тебя хватит?

— Тимур, – слышу голос деда, и желание послать всех и ехать за Катей становится непреодолимым. – Всё потом, внук. Сначала дела.

— Ты знаешь, здоровая злость – это нормально, – Макс снова добавляет и будто наслаждается моим состоянием.

— Если я попрошу тебя заткнуться, ты же не послушаешь? – смотрю на него щурясь.

— Хм, – лыба у Макса становится шире. – Ну ты же не заткнулся, когда я тебе чуть рёбра не переломал. И всё равно полез к Катьке. А я предупреждал, Тим.

Вот тут нельзя не согласиться. Я ведь перед Новым годом именно с Морозовым схлестнулся на боях. Отец испортил мне праздник, и я решил оторваться.

Морозов не моя весовая категория, но смотря на его наглую рожу, ненавидел всю их семейку. И я бы мог гордо сказать сейчас, что Максу досталось не меньше, но уже не тот возраст, когда можно придумывать сказки и верить в них.

Морозову только губу разбил, а сам еле дышал. Ехал тогда к усадьбе Кати, и мыслей было миллион: от мелкой до грандиозной пакости. Как малолетка, ей-богу.

А сейчас понимаю, что пакость вышла мне, да такая, что дышать без неё не могу.

— Идём, – Макс кладёт руку мне на плечо, похлопывая. – Решим вопрос с твоим зажравшимся папашей, а потом уже придумаем, что делать с Катькой. Ей сейчас лучше остыть, а то она точно кого-то пристрелит, – но вот страха в голосе Макса я не слышу.

— И почему тебе смешно от этого? – разворачиваюсь к дому и смотрю на деда, что так и стоит у порога дома.

— Я даже боюсь представить вашу семейную жизнь, – довольно говорит Макс.

— Ты за свою волнуйся, – бросаю ему, и Макс сразу напрягается.

Кажется, не только мне повезло в этом году.

* * *

Неделю спустя…

— Катюша, ты бы отдохнула, – дед Коля подходит ко мне, когда мы провожаем последнюю машину с гостями.

Сегодня в моём клубе было празднование Старого Нового года. Весело, интересно для любого возраста, да ещё и с полным набором игр и забав, как раньше называли всё это.

В какой момент мне пришла эта сумасшедшая идея, я не знаю. Может, когда я решала, что мне сделать с Тимом, если увижу его? А может, когда не могла уснуть и постоянно отбивала звонки родителя моего ненаглядного.