Книга Босс, укравший Новый год, страница 39 – Ана Макушевская

— Нечего там было спасать, — вздохнув, сказал Хосе. — Этот дрищ любит только себя и свое настроение. Надо будет тебе очки подарить, раз ты такая близорукая.

— Ты ничего о нас не знаешь! — вспылила я, стараясь защититься о правды, которую я уже знала, но никак не хотела принять.

— Мне было достаточно увидеть, как он с тобой разговаривает. Нет там никакой любви. Только самолюбование. Конечно, если тебе такое нравится, я больше ни слова не скажу, — поднимая руки, проговорил Хосе. — Но я видел тебя другой, и мне показалось, что та сумасшедшая и дерзкая девица — ты настоящая. А с Никитой — лишь призрак той Козочки, которая делает все, чтобы отстоять свое.

У меня не было желания говорить Хосе, что первое время наши отношения с Никитой были другими. Мы много общались, у нас было так много общего, что порой казалось, мы одно целое. Ему нравилось все, что любила я. Он заканчивал за меня мои мысли и верь я в эзотерику, решила бы, что это близнецовое пламя. Ну не могут два человека так идеально подходить друг другу! А потом все изменилось. Никита стал чаще высказывать критику, быть недовольным мной и моими действиями. Я оправдывала его, искала причину в себе, старалась смириться с его ворчанием… Но лучше не становилось. Я все больше отдалялась, не в силах принять его холодность и игнорирование. И не могла понять, как от таких ярких чувств, мы стали друг другу чужими. Каждый раз, когда я думала о разрыве, Никита менялся на глазах и снова обещал, что у нас все будет сказочно. Просто такой тяжелый период. У всех так бывает. И я верила ему.

Лиза догадывалась, что у нас есть сложности, но я уклонялась от прямых ответов. Мама и бабушка были в восторге от Никиты, и я не хотела выглядеть в их глазах плохой, будучи недовольной таким прекрасным человеком. Впрочем, при них он никогда не задевал меня, хотя от насмешек не воздерживался. После крупной ссоры, я имела неосторожность пожаловаться маме на Никиту, но получила длинную отповедь о том, что кроме него, меня никто так сильно любить не будет, с моей-то внешностью и характером. А потом позвонила бабушка и добавила, что не стоит разбрасываться хорошими мужиками. Лизонька такое может себе позволить, а ты, Саша, нет. Держись за то, что есть и будь благодарна, что Никита выбрал тебя.

Я понимала, что по большому счету они говорили о своих страхах и болях юности, но легче мне от этого не становилось.

Подруги — а также по совместительству мои коллеги по работе, завидовали мне, то и дело говоря, как мне повезло с Никитой. Молодой, перспективный, из богатой семьи. Он работал в соседнем офисе, мы часто встречались, ходили вместе в кафе. И слушая восторги сторонних наблюдателей, я перестала верить тому, что чувствую.

— Ты не понимаешь! — простонала я, сжимая пальцы. Облекать свои мысли в слова становилось все тяжелее. — Завтра сюда приедут мои мама и бабушка. Они ожидают увидеть здесь Никиту, они купили ему подарок. А встретят здесь тебя. Как я им объясню, кто ты такой? Ах да, еще твои друзья будут! И я посреди этого хаоса! Ты испортил мне всю жизнь, Хосе!

— Почему нельзя им просто сказать правду?

Я так закатила глаза, что стало больно. Ему не объяснить, почему.

— Они консервативные люди, им будет сложно принять такой жизненный поворот, — попытка оказалась неудачной. Хосе лишь хмыкнул.