Книга Я подарю тебе новую жизнь, страница 22 – Юлия Резник

Дети не терпят пробелов или пустот. Они их заполняют…

Стахович разделся, кинул вещи в корзину и встал под душ. Интересно, как часто его малой думал о том, где пропадает его отец и почему он от него отказался?

Олег не врал Лесе, когда говорил, что скоро его найдут. И потому снова и снова прокручивал в своей голове их первую встречу с сыном. Придумывал целые речи. Но почему-то они казались ему такими, блин, бестолковыми! Может, потому, что все они сводились к беспомощному «я о тебе не знал»?

Он вернулся из душа, на ходу вытирая полотенцем влажные волосы. Редкие капли скатывались по спине и останавливались на резинке боксеров. В комнате было темно. В тусклом, льющемся из окна свете угадывались лишь очертания кровати. А там непонятно было — она легла или нет.

Стахович замер на секунду у порога. Прислушался. Леся лежала тихо-тихо, но, казалось, он расслышал ее дыхание. Тихонько подошел. Сел на край, провел ладонью по матрасу. Наткнулся на препятствие — все же послушалась. Тяжело опустился, ложась рядом. Кровать едва слышно скрипнула. Леська во сне шевельнулась, что-то пробормотала и, не просыпаясь, придвинулась ближе, уткнувшись почему-то холодным носом ему в плечо.

Олег осторожно перетянул ее на себя. Обнял. Закрыл глаза, решив, что ему тоже не помешает как следует выспаться. Но сон не шел, а память настойчиво утаскивала его в прошлое.

На рыбалку они поехали сразу после завтрака. Игорь сказал — чего тянуть? В обед не будет клева, и Стахович не стал с ним спорить. Ему в целом было без разницы, куда ехать. Он уже поймал себя на том редком для себя состоянии, когда можно было отпустить вожжи и вообще ничего не решать. Просто делать, что скажут.

Машина шла вдоль берега. С одной стороны — скалы, с другой — море, слепящее, резкое, живое. Ветер лез в окна, трепал волосы, стряхивал остатки сна и чумной усталости.

Леська сидела сзади.

Сначала он не обратил внимания. Только потом, когда Леся что-то тихо сказала Игорю, повернулся. Она переоделась и теперь выглядела совсем иначе, чем накануне. С волосами, убранными в косу, в простой футболке и старых джинсах, которые, не иначе как сама, превратила в шорты. Так что ее наряд не привлекал особого внимания. Цепляло достоинство, с которым эта совсем юная женщина держалась в своих неказистых тряпках.

Олег почему-то подумал, что ее приодень — и она даст фору всем телкам, которые вокруг него вились.

Заметив его взгляд, Леся открыто улыбнулась.

— Любишь рыбалку? — уточнил он, больше чтобы услышать ее голос, чем из интереса.

— Люблю куда-нибудь выбираться, — ответила она. И улыбнулась шире. Не ему даже. Просто так. И опять — ни намека на заигрывание. Это его почему-то цепляло. То, что кто-то может вот так улыбаться.

Ехать пришлось далековато. Но оно того стоило. Ему понравилось. К пляжу вела узкая полоска между скалами. Вода там была темнее, глубже. И соленее ветер… Он не просто дул в лицо, а проходил насквозь, забираясь под одежду и в поры на коже. Олег высунул локоть в окно, щурясь на солнце. Скалы по обе стороны сжимались, дорога становилась уже, будто вела не к пляжу, а в некое тайное место, куда далеко не всем суждено было попасть.

Машина остановилась. Олег вышел и глубоко вдохнул. Огляделся по сторонам. Скалы, пляж с чистейшим песком и море… Оно дышало. Вода наступала, разбивалась о камни, отступала и вновь возвращалась. Тянуло на философские мысли о том, что это все было до него. И будет после. Да-да, все закончится. А море, и это небо, и скалы останутся.