Книга Хрупкий сосуд 1, страница 35 – Ольга Чумаченко

Поняв, что ничего от неё не зависит. Что как хозяйке дома не встречать ей гостей. Ни слова своё она никому сказать не имеет право. Мебель она при Соломоне — «ваза хрустальная». Обиделась. Сказал звёздный, что представит её и детей узкому кругу своей расы и всё. Чтобы больше никуда она не лезла, не мешала, и вообще, чтобы ни с кем не разговаривала. Взрослые разговаривают!

«Ну и разговаривайте!» — надула губки Ева. Кто она — вещь. Чтобы её перед всеми демонстрировали. Нет! Утром, когда она услышала звук приближающихся небольших самолётов. Она взяла детей, прихватив еду, воду и любимые планшеты малышей, ушла в закрытую зону полусферы. Воспользовавшись слабым местом в программе защиты, которую ей когда-то показал отец. В закрытую зону ей можно было заходить, там имелась вполне приличная жилая зона: архивная, компьютерная, огромный зал приёма большого числа гостей и с полусотни обставленных комнат для вип-персон.

В закрытую зону нельзя заходить чужим без разрешения, вот поэтому Соломон перед прилётом гостей и закрыл все двери электронным ключом, мало ли что. И себя так проще огородить от неприятностей, и других. Жилая зона хозяина тоже под запретом для посещения чужаков. Но мало ли что⁈ Ева решила не рисковать — спрятаться понадёжней.

День пролетел быстро. Молодая мама давно приловчилась отвлекать детей от разных шалостей. Ни шуметь, ни капризничать им не давала, придумывая всё новые игры. Прав Соломон, говоря, что она сама ещё ребёнок. Обожает сладости, бегает за стрекозами и бабочками, визжит при виде проплывающей рядом с собой в воде рыбы, строит замки на песке и играет с Юлькой в принцесс. Чем не ребёнок⁈

А она и не стремилась доказать ему, что больно взрослая.

На улице стемнело, свет луны приятно отражался на водной глади. Красота! За целый день Ева даже не решилась подняться с углублённого в полусфере зала и выглянуть в окно, посмотреть, что делает Соломон, чем заняты гости. И лишь, когда уснули дети, прямо на полу, на мягком пледе, направляемая любопытством, она подкралась к панорамному окну, которое больше напоминало стеклянную стену, попыталась всмотреться в происходящее на пляже.

Ева не слышала, но чувствовала, что там играет громкая музыка. Странная вибрация шла от пляжа: дун-дун-дун. Барабанной дробью било в висках. А может, это нервы⁈ Яркий свет уличных фонарей горел повсюду. Можно было рассмотреть не только силуэты, но и чётко определить, кто есть кто и чем занят.

Кто-то жарил шашлык, это она точно могла определить, железное сооружения для него имелось, и был виден дым. На некоторых лежанках лежали, на некоторых сидели гости. Между мужчин важной походкой передвигались длинноногие красавицы. Придерживая Соломона под руку, стояла рядом одна из фигуристых особ. Ева недовольно фыркнула. Не обиделась, стояла бы сама рядом с ним. А теперь поздно что-то исправлять.

Телефоном она давно не пользовалась. Не было в этом необходимости на маленьком острове. Если что, оставляли они друг другу послания на холодильнике: мы на пляже, мы гуляем вдоль правого или левого берега. А в этот раз, как только Соломон ушёл встречать гостей, Ева написала: придём утром. Выйди она сейчас, понимала, что и мужчины и женщины сочтут её такой же продажной девкой, которая ради развлечения на острове. Вот это ей не хотелось — быть одной из многих.