Книга Беги от меня, страница 45 – Надя Лахман

— Да, Паркерс, проходите. Я как раз хотела с Вами поговорить.

Рассказ о вчерашнем бале вышел долгим. Я не стала скрывать от дворецкого ничего, разве что некоторые особенно личные моменты и ощущения упустила.

— Получается, что кулон, надетый на мне, могу видеть лишь я сама. Но если его коснется кто-то посторонний, он сможет ощутить, что на мне есть украшение. Но в этом и странность, – я складывала обратно в папку рисунки Эмилии, пытаясь одновременно собрать воедино все, что успела узнать, – Вы ведь знали о кулоне Эльвиры и могли его видеть?

Паркерс утвердительно кивнул: – Да, его видели все домашние, Эльвира практически не снимала его, пока училась.

— Наверняка для всех домашних он был обычным артефактом памяти. И ранее, этот кулон точно видели другие люди, – я указала на портрет, – иначе художник просто не смог бы его нарисовать. Далее. Получается, что кулон принадлежал матери Эльвиры, и она передала его ей после рождения. Вы понимаете, что это значит, Паркерс?

— Боюсь, что не совсем, леди Эльвира.

— А значит это, во-первых, что кулон явно старше, чем мы думали. Его не делали к рождению ребенка, как это принято, он уже был. Кстати, косвенно это подтверждает и старинный футляр, в котором я его нашла. А во-вторых, – я со значением посмотрела на Паркерса, – во-вторых, скорее всего это не простой артефакт памяти, а что-то гораздо большее.

— Но что?

— Пока не знаю, Паркерс. Но то, что он реагирует на меня, становясь то теплее, то горячее, своего рода общаясь, подтверждает это. Вопрос в том, почему именно на мне он вдруг стал невидим и что означают его сигналы. Есть в вашем мире артефакты с похожими характеристиками?

Паркерс задумался.

— В Корде существует масса артефактов, но все они, как правило, несут в себе полезные или бытовые свойства. Безусловно, есть и более сложные, например, те, что использует у себя королевская служба безопасности. У древних аристократических родов, как правило, существуют свои, тщательно охраняемые артефакты. Об их свойствах, увы, мне ничего не известно, о таком, насколько я знаю, вообще не принято распространяться.

— Кстати, о родах. Паркерс, я тут нашла гребень с инициалами…Где же он… А, вот, – я протянула дворецкому свою недавнюю находку, – Вы случайно не знаете, какова была девичья фамилия Эмилии?

— Знаю, – Паркерс кивнул, – она записана в родовой книге рода Глоустер. В девичестве ее звали – герцогиня Эмилия Де Эссекс.

— Получается, этот кулон мог быть ее родовым артефактом?

— Очень вероятно, леди Эльвира. Но боюсь, точно ответить на этот вопрос Вам может только лорд Эдвард. Он наверняка знает, какие драгоценности были у его первой жены в приданом и откуда мог взяться данный кулон.

— Нет, спрашивать у него слишком рискованно. Может есть другой путь? Например, справочники с описанием всех имеющихся артефактов? Справочники древнейших аристократических родов? Хоть что-то, чтобы понять его свойства.

— Такие справочники действительно имеются, – проговорил Паркерс, но видя мое воодушевление, поспешил добавить, – увы, насколько я знаю, хранятся они в специальном отделе королевской библиотеки, вход куда запрещен. Однако… Можно было бы попробовать найти какую-нибудь информацию в замке, ранее принадлежащем роду Де Эссекс. Насколько я слышал, там есть огромная старинная библиотека.