Книга Непокорная истинная для ректора-дракона, страница 107 – Мелина Боярова

Я замерла в его объятиях, боясь пошевелиться. Неужели? Тот самый астрономический долг за вазу, за одежду, за проживание, которым он шантажировал меня с первой минуты нашего знакомства? Тот самый крючок, на котором он держал меня, как наживку?

— Ты серьезно? — я подняла голову, заглядывая ему в лицо. — Просто так?

— Не просто так, — он криво усмехнулся, и эта улыбка сделала его лицо неожиданно мальчишеским, лишенным вековой тяжести. — Ты спасла мне жизнь. Ты вытащила меня из безумия. Ты переписала структуру магии этого проклятого острова. Боюсь, теперь это я твой должник, моя маленькая катастрофа. И сумма этого долга неподъемна даже для дракона.

Мое сердце пропустило удар. Я смотрела на него и не узнавала того холодного тирана, который встретил меня в первый день. Передо мной стоял мужчина, который только что прошел через ад и вышел оттуда с единственным трофеем, который имел для него значение. Со мной.

Рейнар взял мою руку — ту самую, где золотом горела вязь брачной метки — и поднес к губам. О поцеловал. Обжигающе, интимно, многообещающе. Я почувствовала, как метка отозвалась, посылая волну тепла прямо в солнечное сплетение. Внутри меня будто зажглось второе солнце, свет которого был неразрывно связан с этим невозможным мужчиной.

— К тому же, — продолжил он, не отрывая взгляда от моих глаз, и его голос стал ниже, бархатистее, — какой смысл требовать долг с собственной жены? У нас теперь общий бюджет. И общая жизнь.

— Жены? — я поперхнулась воздухом. — Рейнар, ты торопишь события! Мы даже не встречались толком! Ты просто затащил меня в постель, потом в подземелье, а потом мы убили твоего бывшего друга! Это мало напоминает ухаживания!

— Я дракон, Тайлис, — он пожал плечами, словно это объясняло все на свете, включая законы физики и этикета. — Мы не ухаживаем годами и не таскаем веники из цветов. Мы находим истинную, хватаем ее и уносим в пещеру. Ты — моя. Метка на твоей руке — это не просто рисунок. Это магический контракт, заверенный Вселенной. Ты не можешь отказаться. И, судя по тому, как твоя магия льнет к моей, ты и не хочешь.

Я открыла рот, чтобы возмутиться его наглости, но слова застряли в горле. Потому что он был прав. Черт возьми, этот чешуйчатый гад был прав!

Я чувствовала это. Мой хаос, который я считала проклятием и бедой, теперь успокоился, найдя свое русло в его силе. Без него я снова стану неполноценной. Без него мир станет серым и враждебным.

— Ты невыносим, — прошептала я, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в глупой, счастливой улыбке. — Ты деспот, тиран и собственник.

— И я люблю тебя, — просто сказал он.

Мир вокруг нас исчез. Разрушенный двор, перепуганные адепты, дымящиеся останки монстров — все это перестало существовать. Остались только мы двое и эти слова, которые упали между нами, как тяжелые золотые монеты. Он сказал это. Великий и ужасный лорд Дракс признался в любви попаданке-неудачнице.

Я потянулась к нему, вставая на цыпочки, чтобы поцеловать его. Чтобы сказать «да». Чтобы сказать, что тоже, вопреки здравому смыслу, влюбилась в своего тюремщика. Но судьба, как обычно, решила, что с нас хватит романтики.

Небо над островом вдруг раскололось с оглушительным треском.

Мы оба вздрогнули, разрывая объятия. Рейнар мгновенно подобрался, его лицо снова закаменело, превращаясь в маску ректора. Я проследила за его взглядом. Там, где еще минуту назад сияли звезды, теперь разгоралось фиолетовое марево. Пространство шло рябью, словно кто-то гигантский пытался прорвать ткань реальности снаружи.