Книга Хрупкий сосуд 3, страница 50 – Ольга Чумаченко

Почему — нет? Ещё как — да! Ноги у неё за сегодняшнее утро такой километраж набегали. Акил открыл заднюю дверцу своей машины, и Ева впорхнула в просторный салон. А мужчины сели спереди, предварительно проследив за девушкой. «Всё хорошо⁈ Вперёд!» — дала она мысленный приказ. Машина тронулась.

Доехали они до судебного дома, туда, где велись все дела житейские, и, дождавшись приёма, устроили принимающей документы стороне допрос с пристрастием. Первое, подготовленный документ ущемлял права женщины. Она же, хоть и становится по такому спорному документам чужой Аллану, но всё же ещё законная жена. А это значит, он — Аллан, должен до вступления документа в силу финансово заботиться о ней. Возражения девушки не принимались. Сговорились! Все! Насели на неё трое юридически подкованных мужчин, и пока уже она, сомневающаяся, не подписала новую версию, не успокоились. А в новой версии заявления оба супруга должны будут явиться в суд, где их разведут по обоюдному соглашению. Вот тут и оказался подвох, о котором Ева и не подозревала. А пока…

— В ресторан⁈ Кажется, есть, что отметить, — предложил Акил. — Я плачу!

Отказываться ни Ева, ни Аллан не стали. Обед всё-таки. Есть хотелось всем. Нервы, нервы. Ох уж эту женщины, с ними плохо, а без них вообще — пропасть.

Ехать с Акилом было опасно: водил машину он так же, как и лодку на реке — резво, резко, с крутыми поворотами. Когда остановились, Ева с облегчением выдохнула. Аллан подскочил и открыл ей дверь, протянул руку, чтобы она, выходя, облокотилась. С самого начала он так бы внимательно с ней обращался, Ева бы не заметила. А так… фыркнула только от неожиданности.

Акил высадил пару у ресторана, а сам поехал искать место на парковке. И… немного задержался. Совсем чуть-чуть. А за это время…

— Добрый день! — встретил пару в холле ресторана администратор.

— Нам, пожалуйста, столик на троих, — свысока своего роста, нависая и над девушкой, и над парнем администратором, скомандовал небесный господин. — Акил машину припаркует, проводите его к нам.

Видимо, эти двое засветились в этом ресторане, догадалась Ева, раз их по именам знают. И не меняя выражения на лице, администратор проводил посетителей в зал, показал на пару столов, спросив, где будет удобнее. Конечно, где подальше от выхода туда и пошли. В своеобразный темный уголок. «Чтоб никто не уволок…».

И только сели, только расслабились. Меню в бархатных обложках принесли. Только открыли, изучая. Прискакала «кобыла разукрашенная» — Диара, модель и стилист. Ева её сразу узнала, хотя Аллан никогда и не описывал свою подружку. Сбылось давнее представление, что в модели идут самые страшные девушки, возомнившие о себе невесть что, а в стилисты… Не общественное бы место, Ева бы глаза при такой особе обязательно закатила. Высокая, два метра и пять сантиметров, но худющая, кощей бессмертный из сказки рядом с дистрофичной куклой смотрелся бы куда лучше. Оттого и лицо девушки смотрелось неприятно угловатым, резким, нервным, с яркой, даже воинственной окраской на бледно-голубой коже. Конечно, дорого небесная особа, лет тридцати пяти, была одета. Но одежда на ней висела как на вешалке, если бы ещё эта модель как цапля не передвигалась. А так… последний писк, он и есть — писк. Уши у Евы заложило от писклявого голоска нервной дамочки. Она не говорила, а пищала, и отдельные её слова было трудно расслышать в общем фоне.