Книга Хрупкий сосуд 3, страница 88 – Ольга Чумаченко

А заняться ему было чем. Пока его отец командовал в всё-таки отвоёванном у Евы банке. Она позволила ему встать во главе её компании — Замом. И распоряжаться некими остатками. Основные же суммы проходили под жестким контролем хозяйки, поступали они большей части из государства Амрит и переправлялись на кредитование неких их же предприятий. Тиарин старший бесился. Ему казалось, что такие суммы не могут быть переданы просто так. Догадывался он, что сжульничала Ева страшно. Что поступающие деньги не всё плата и взносы.

Бесился он до той поры, пока не понял, что это всего лишь новые вклады в развитие семейного капитала. Пока из вложенных в некие предприятия больших денежных сумм, не начали поступать, сначала маленькие, но всё-таки доход. И всё в их банк, и всё в семейный бизнес.

Вот Аллан у отца на посылках и оказался. Дипломат он всё же прекрасный, если требовалось съездить, оценить обстановку, поговорить, так сказать, о деле. Он был просто не заменим. Но, сколько бы времени не прошло, Еве пришлось смириться, что небесный так и будет относиться к ней, как к беспомощной и глупой женщине. Ничего! Стерпится — слюбится. И ещё, Ева поинимала, что долга в семейном бизнесе два Тиарина не проработают. Её небесный тянулся к большой политике. Так что рано или поздно…

И жизнь пошла своим чередом. Ева перестала планировать, что-то ждать. Ей просто хотелось спокойной семейной жизни. Хотелось заниматься своим резвым мальчишкой, в глазах которого она видела надежду, на свои мечты.

Очередную совместную годовщину жизни. Семейство Тиарин справило в столице небесных, в своём загородном домике у реки. Сын рос. Ева только и делала, что занималась своим чадом, не доверяя его никому: плавание, музыка, бойцовский клуб, дополнительные занятия по разностороннему развитию — всё это её вклад на будущее. Свекровь, правда, часто навещала внука со своими родственниками. То со своей мамой, а то со своими обеими мамами. У Евы язык не поворачивался женщин семейства Тиарин мамами назвать. Куда там! У них такое просто не принято. Аристократия! По имени отчеству — это да. Сдержанность и хладнокровие — это норма. И всё, они как-то снисходительно к младшей в семействе женщине обращались. Ну, что Ева не так высока, не так красива, по их мнению, чересчур эмоциональна, по их мнению. Они даже Еве советовали не просто психолога, а психиатра, чтобы ей позволили принимать специальные подавляющие лекарства. «Змеюки!»

И каждый раз говорили они, что их золотому Аллану невероятно повезло, что его первый ребёнок пошёл в него, а вот если бы в Еву. И вообще, кто его знает, вдруг, следующий малыш, если они рискнут на такой ответственный шаг, появится весь в маму. Это будет позор их роду. Ева не придавала этому значению, отмахивалась. Пока кое-что не заподозрила. Андрея она до трёх лет грудью кормила, потом, ну, ещё год на восстановления организма. А тут ещё год прошёл. И у Евы возникла естественная потребность женщины, чтобы её семья стала больше, чтобы, если повезёт, у неё появилась маленькая девочка. Но…

Проверившись у своего врача, который всё также прилетал налётами на Небесную планету, её заверили, что у неё всё в порядке. Но тогда…

— Аллан, колись, что ты сделал с собой?

Сомнений у Евы не было, что что-то неладно именно в небесном супруге. И ведь признался. А что? Он заранее всё предвидел, что она будет пытаться завести ещё ребёнка от него. А ему это надо? Нет! Ему Андрея хватит. И Ева сникла.