Книга Артефакторская контора "Странные вещи", страница 22 – Елена Ахмедова

— Спасибо вам. За наставления. За помощь. Без вас эта контора была бы просто зданием с артефактами. А она — дом.

Когда контора закрылась на улице уже было темно, и редкие фонари отбрасывали на мостовую неровные пятна света. Серая шла медленно, чувствуя, как холод пробирается под плащ, но внутри было тепло — не от теплового артефакта, а от мысли, что она не одна.

Завтра будет новый день. Новые заказы, новые артефакты, новые истории. И, возможно, новая глава для их маленькой, но такой важной конторы.

День первый

Утро началось с того, что на пороге конторы появился человек, будто собранный из противоречий: в дорогом плаще, но с руками, измазанными в саже; с прямой осанкой, но с глазами, в которых читалась усталость от собственных решений. Его звали господин Эрен, и он пришёл не за новым артефактом, а чтобы избавиться от старого.

— Мне нужно отвязать дом от защиты, — сказал он, не здороваясь, будто боялся, что вежливость съест последние крохи его решимости. — Он… не пускает людей. Даже моего племянника, который живёт со мной уже полгода. Говорит, что «здесь чужих нет». А он не чужой.

Халим, стоявший за стойкой, чуть наклонил голову, не перебивая. Он умел слушать паузы между словами.

— господин...

— Эрен Клотский. Простите, - мужчина в расстроенных чувствах провёл платком по лбу. - совсем уже память потерял.

Халим сделал вид что не заметил нервного движения заказчика. Вместо этого перешёл к распросу о дом.

— А что ещё делает дом? Когда это началось? Какие меры предпринимались? - пока Халим вёл расспросы, показал Кристине знаками что надо позвать Серан.

Господин Эрен сжал пальцы в кулаки, потом разжал, будто пытался стряхнуть напряжение.

— Запирает двери, когда я пытаюсь позвать гостей. Переставляет вещи, чтобы они лежали «как раньше». Вчера он погасил свет в гостиной и зажёг в спальне — будто хотел, чтобы я вернулся туда, где всё началось.

Серая, уже стоявшая чуть в стороне, наконец шагнула вперёд.

— Вы говорите о доме так, будто он живой.

Эрен сначала удивился новому лицу, но тут же горько усмехнулся.

— Он и есть живой. Точнее, он стал таким из‑за артефакта. Я ставил его пять лет назад, сразу после… сразу после того, как всё рухнуло. Мне казалось, что дом должен быть крепостью. А теперь он стал тюрьмой.

Серая посмотрела на Халима, и тот едва заметно кивнул: этот заказ нужно брать. Не ради денег, а потому что за словами Эрена пряталась настоящая боль.

— Мы возьмёмся, — сказала Серая спокойно. — Но мне нужно увидеть дом. И поговорить с ним… через артефакт.

Халим чуть приподнял бровь, словно хотел подчеркнуть особенность случая.

— Стоит отметить, господин Эрен: вы уже третью контору приглашаете. - об этом случае уже начали кудахчить жители города, пока тихо, но уже показательно. - Первые две отказались, едва увидев дом. Сказали, что не хотят связываться с «одушевлённой недвижимостью». Мы — третьи. И если мы возьмёмся, то доведём до конца.

Эрен опустил взгляд.

— Спасибо, что не отказались сразу.

Пока Халим оформлял договор и уточнял детали, в лаборатории назревал другой конфликт.

Дмитрий, которому едва исполнилось двадцать, крутился вокруг Лидии, будто искал повод заговорить. То предлагал ей проверить расчёты, то вдруг вспоминал, что «тут где‑то была нужная банка», и тянулся к полке прямо над её головой. Лидия, привыкшая к порядку и чёткости, начинала раздражаться — её нервозность нарастала с каждым его неловким движением.