Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 12 – Диана Фурсова

Обе женщины замерли. Ивелла посмотрела на Ярину с подозрением, словно ожидала отказа.

— Раньше вы не позволяли нам переступать этот порог без разрешения управляющего.

— Управляющего здесь больше нет.

— Его и прежде почти не было. Приходили только распоряжения с печатью Аркейнов.

Внутри шевельнулось чужое чувство, похожее на стыд. Ярина не знала, отдавала ли Лиорена такие распоряжения сама или позволяла кому-то говорить от её имени. Оправдываться за неизвестные поступки было бессмысленно.

— Теперь решения принимаю я. Но книги сначала придётся проверить: в них могут быть сведения по долгам мастерской.

— Потому я их и принесла, — ответила Ивелла. — У меня сохранились копии накладных, которых нет в гильдейской папке.

В главном зале Рейса сразу заметила пустые полки.

— Они всё-таки вынесли шерсть.

— И два манекена, — сказала Ярина. — Ещё в описи значатся пять пар ножниц, а осталось две.

Ивелла быстро проверила шкафы и выдвижные ящики. Она знала мастерскую так хорошо, что не тратила времени на поиски.

— Пятые ножницы были мои. Стальные, с тёмной ручкой. В акте изъятия их не указали?

— В акте их нет.

— Значит, у них выросли ноги.

— У дорогих вещей это случается чаще, чем у дешёвых.

Рейса не удержалась от смешка. На этот раз Ивелла не стала её одёргивать.

Принесённые книги оказались подробнее документов гильдии. В них стояли даты, количество материала, подписи получателей и отметки о выполненных заказах. Большинство записей сделала Ивелла.

— После смерти мастера Вейра больше было некому, — объяснила она. — Лиорена жила в доме мужа, гильдия присылала надсмотрщика раз в десять дней, а тот умел только ставить печати и спрашивать, почему падает выручка.

При упоминании отца тело Ярины отозвалось тяжестью под грудиной. На миг ей привиделась широкая ладонь, испачканная синим мелом, но лицо мастера память не вернула.

— Почему дом закрылся? — спросила она.

— Вы и сами знаете причину.

— Я хочу услышать вашу версию.

Ивелла долго смотрела на неё, потом перевела взгляд на потухшую вышивку плаща.

— После смерти вашего отца гильдия потребовала подтвердить право наследницы вести ремесленный дом. Вы отказались проходить испытание. Меня госпожа Дорн не утвердила мастером, хотя до этого двадцать лет принимала мою работу. За каждый месяц без признанного мастера начислялся штраф. Поставщики перестали отпускать товар, заказчицы ушли, долги выросли.

— Почему Мерравия вас не утвердила?

— Потому что я отказалась передать ей старые выкройки Вейров. Они принадлежали дому, а не гильдии.

— Где они сейчас?

— Там, где их не нашли.

— Теперь дом принадлежит мне.

— Вчера он тоже принадлежал вам.

Ответ был справедливым. Ярина закрыла книгу и не стала требовать большего.

— Оставьте выкройки в тайнике. Пока мне важнее понять, что у нас есть и чего не хватает.

В лице Ивеллы ничего не изменилось, но напряжение в плечах ослабло.

Снаружи раздался удар молотка. Когда они вышли, на зелёной двери уже висел лист с бордовой рамкой. Служитель гильдии забивал последний гвоздь.

— Предварительное уведомление о продаже имущества за долг, — объявил он. — Если первый взнос не будет внесён в срок, здание выставят на торги.

— Вчера у меня был двадцать один день. Сегодня осталось двадцать. Почему в бумаге указана прежняя дата отсчёта?