Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 5 – Диана Фурсова

— Я этого не отрицала.

— Вы не сможете открыть мастерскую без подтверждённого мастера и разрешения гильдии.

Вот оно.

Здание принадлежало Лиорене, но работать в нём без согласия Мерравии она не могла. Через три недели долг позволит гильдии забрать мастерскую за бесценок. Если Лиорена останется без средств, разрешения и имени мужа, исход был почти решён.

Почерневшая нить лишала её не только брака.

Она освобождала дорогу к «Вейр и нить».

— Родовое имущество следует включить в соглашение, — сказал один из судей, до этого молчавший. — Долг также переходит владелице.

Мерравия недовольно поджала губы, но спорить не стала.

Ярина внимательно перечитала документ. Положения о мастерской внесли на отдельный лист, ещё влажный от чернил. Вместе со зданием ей передавались оборудование, оставшиеся материалы, книги заказов и долговые записи. Всё, что находилось внутри на момент опечатывания, считалось частью имущества.

— Ключи, — потребовала она.

— Их передадут после завершения заседания, — сказал писец.

— И опись.

— Она находится у гильдии.

— Тогда я хочу получить заверенную копию сегодня.

Мерравия рассмеялась негромко и без веселья.

— Вы собираетесь проверять каждую катушку?

— Если каждая катушка включена в имущество, то да.

Несколько человек на скамьях улыбнулись. Не ей, а неожиданности происходящего.

Ярина снова посмотрела на документы.

Внизу оставалось место для подписей. Рядом лежало тонкое перо с серебряным наконечником. Писец подал его, но Тарвель неожиданно сказал:

— Оставьте нас на несколько минут.

— Заседание ещё не завершено, — возразила Мерравия.

— Совет может подождать.

В его голосе прозвучало нечто, от чего пламя в ближайших светильниках качнулось. Судьи переглянулись. Верховный судья неохотно объявил короткий перерыв, после чего члены Совета стали покидать зал через боковые двери.

Мерравия задержалась дольше остальных.

— Не советую принимать решения из упрямства, Лиорена, — сказала она. — За стенами этого здания вас уже не будут защищать ни имя мужа, ни положение семьи.

— Последний час они защищали меня не слишком заметно.

Мерравия наклонила голову.

— Именно дерзость всегда была вашей худшей чертой.

Тело не откликнулось на эту фразу узнаваемой обидой. Возможно, настоящая Лиорена слышала её часто.

— Тогда странно, что сегодня она всех удивила, — ответила Ярина.

Взгляд Мерравии задержался на её лице, затем женщина развернулась и вышла. Двери закрылись, оставив Ярину наедине с Тарвелем, писцом и двумя неподвижными стражами у стены.

— Писец тоже может уйти, — сказал Тарвель.

— Я обязан присутствовать при подписании.

— Подписание ещё не началось.

Молодой человек собрал листы и отошёл к двери. Стражи остались, но стояли достаточно далеко, чтобы не слышать тихий разговор.

Тарвель спустился от стола. Он двигался без суеты, однако с каждым его шагом чужое тело напрягалось сильнее.

Ярина поднялась с колен прежде, чем он подошёл. Ноги затекли, тяжёлая юбка мешала удерживать равновесие, но принимать разговор снизу она не собиралась.

Тарвель остановился в нескольких шагах.

Вблизи он казался ещё выше. Тёмные волосы были стянуты на затылке, на виске виднелась тонкая светлая полоса старого шрама. Его лицо не соответствовало образу безжалостного чудовища, который Ярина уже успела мысленно создать. Усталое, жёсткое, слишком собранное.