Книга Бэд бой, страница 21 – Кристина Кардо

Наши лица друг напротив друга. Он видел каждую мою реакцию. То как я кусала губы, как тяжело дышала, пока его возбужденная плоть ломала последнюю преграду. Тугую, сопротивляющуюся.

От его проникновения меня распирало. Опустив голову, поняла, что он даже наполовину не вошел.

— Я не смогу… ты слишком большой, — прошипела сквозь стиснутые зубы.

Дамир в качестве ответа вплел пальцы в мои волосы, прижался губами к моим, сминая в долгом, будто утешающем поцелуе.

Давление усилилось и все смешалось. Тупая боль, нарастающее удовольствие, прикосновение кожи. Наши бедра, почти вплотную прижатые друг к другу.

Еще движения и они соприкоснулись, меня обдало кипятком и промежность запульсировала.

Он вошел полностью. До конца, на всю длину. От чувства распирающей наполненности я задохнулась.

— Все впорядке? — спросил на ухо.

Кивнула.

— Больно? Только честно.

Я хотела сказать “Да”. Изначально так и было. Просто это сильное и острое ощущение наполненности вдруг сменило ориентир. Боль ушла и полностью притупилась. А на ее место пришли новые ощущения. Лоно напряженно горело, но не от боли, а от …наслаждения его близости.

— Нет, — сипло произнесла. Заглянула в его глаза. В бездне зрачков горело недоверие. Он не поверил. — Правда, нет. Мне не больно.

Несколько бесконечных мгновений он сверлил меня сканирующим взглядом.

Затем снова стал двигаться и тело прострелил спазм.

Движения грубые, глубокие. Он наращивал темп. На его мышцах выступила влага.

Помещение пропиталось чем-то животным, страстным. Резкие толчки, от которых искрит в глазах, Громкие шлепки, поцелуи, легкие покусывания, прерывистое дыхание, сменяющееся рычанием…

Я захлебывалась и терялась в этих ощущениях. Нарастающее наслаждение сдавило каждую клеточку. Мы прижимались друг другу влажной кожей. Я стонала, громче и громче. Каждый новый толчок отдавался в теле взрывом. Низ живота горел от напряжения. Еще немного…

Я вцепилась ногтями в его плечи и запустила руку в коротко остриженные волосы.

Еще один толчок. На всю длину и меня скрутило от удовольствия. Я забилась в лихорадке. Он зарычал, в лоно ударил поток семени. И он упал рядом, сгребая меня в охапку.

Где-то за окнами завыли сирены и потом звук прервался. Валяющийся где-то на одежде телефон завибрировал, затем затих. Возможно это звонили люди Дамира.

Он только крепче обнял меня и не стал пытаться подняться, чтобы ответить на вызов.

Возможно где-то в городе Мясник уже готовил новый удар. Но сейчас это не имело значения.

Потому что Дамир смотрел на меня так, будто я была его спасением.

А я наконец перестала бояться падать в эту темноту вместе с ним.

— Моя, — прорычал мне в губы.

— Твоя…

Я уткнулась носом в его ключицу. Его запах и тепло в этот момент было для меня всем.

Год спустя.

Дождь барабанил по панорамным окнам нашей квартиры, размазывая огни ночного города в дрожащие полосы неона. Москва под нами жила своей жизнью — шумной, грязной, опасной. Где-то ревели мотоциклы, мигали вывески круглосуточных баров, орали сирены. А я сидела на широком подоконнике, завернувшись в одну из футболок Дамира и смотрела вниз, лениво помешивая давно остывший чай.

За моей спиной звенела посуда.

— Если ты опять не придешь есть, я сам тебя притащу, — донесся с кухни низкий голос Дамира.