Книга Фурадор, страница 108 – Денис Бурмистров

В поднятой вверх руке заблестел орденский жетон.

— Ваш город поражен Стеклянной Чумой, которая, вполне возможно, следствие темного влияния! И если вы так ревностно оберегаете свой дом, то сами должны умолять меня прийти и во всем разобраться! Потому что вот это всё…

Хорво показал на импровизированную баррикаду.

— …вам вскоре не поможет.

Солдаты заколебались, принялись что-то обсуждать, яростно тыкая себе за спину. Пользуясь паузой, Цапля зашептал страшным шепотом:

— Дядя Хорво, давай сбежим! Ну его этот замок! В лесу обождем! Дядя Хорво!

— Стой на месте, – прошипел в ответ мужчина сквозь зубы. – Стрелу в спину захотел?

Наконец, стражники что-то решили, вперед вышел сотник.

— Эй, храмовник! Ты можешь подойти, мы тебя проверим и отведем к барону. А сопляков своих там оставь, нам лишние рты ни к чему.

— Но они…

— Я всё сказал, господин хороший! Я и так на себя беру больше, чем надобно, разговаривая тут с тобой! Иным бы ужо давно пику в пузо – и в ров! Ну а коль не хочешь без них идти – в добрый путь!

Максимилиан вдруг подумал, насколько они с Цаплей важны для Хорво и капитана Равса? Последний, ладно, испытывал чувство вины за ситуацию с разломившимся самоцветом. Но вот балагур-венефикарий – он совсем другое дело! Еще утром Хорво казался пусть и не совсем обычным, но всё же следопытом или охотником, а теперь выяснилось, что он целый инквизитор, да еще и с неким важным заданием. Будет ли он до конца держаться за своих молодых спутников, или предпочтет пожертвовать ими ради выполнения миссии?

И ведь Хорво всё еще молчал, размышляя. И испуганный, почти умоляющий взгляд Цапли нашел глаза Максимилиана.

Руки сами собой натянули поводья.

— Послушайте! – подал голос храмовник. – Вы не поняли. Это известный в Ноиранте экзорцист господин Рэкис и…

— Кто? – сотник оборвал инквизитора так резко и требовательно, что тот замолк.

— Э-э-э… – Хорво сделал жест в сторону Максимилиана, повторил, четко выговаривая слова: – Мастер Ордена Фурадор, экзорцист Рэкис.

— Экзорцист? – сотник замер, разглядывая застывшего Максимилиана, после чего возмущенно воскликнул: – Чего ж ты раньше молчал!

Барон Фалько – худой, угловатый старик – сидел, привалившись к одному из подлокотников старинного резного кресла с высокой спинкой. На нем был потертый, но некогда дорогой камзол с вышивкой, шелковые перчатки и маска из тонкого фарфора с тонкими серебряными вставками. Последний хранитель города пытался держаться с достоинством, но его то и дело сотрясал глубокий, душащий кашель.

По правую руку от барона стоял молодой офицер с бордовым бантом на плече – символом верности ксаритскому мятежу. Одна рука солдата покоилась на перевязи, вторая постукивала по рукояти висящего на поясе меча. На нем была закрывающая нижнюю половину лица полумаска в виде оскаленной хищной морды, которую перечеркивала глубокая царапина от чьего-то хорошего удара.

По левую сторону от барона, на небольшом табурете, сидела невысокая женщина в грязном горчичного цвета балахоне с откинутым капюшоном. Собранные в пучок седые ломкие волосы, бледная кожа в прорезях простенькой маски из ткани, худые пальцы, без остановки скользящие по четкам с медальоном Ордена Клематис, взгляд в пустоту – женщина словно отсутствовала в большом гостевом зале, где собрались участники встречи, пребывая далеко в собственных мыслях.