Книга Фурадор, страница 28 – Денис Бурмистров

— Амулет мы у старой часовни закопали, чтобы духи светлые пришли. А для большей силы госпожа камни кровью окропила.

Тут даже Максимилиан опешил. Кровь считалась очень сильным проводником для духов, на нее слетаются самые гнусные твари.

— Это вам бабка сказала сделать? – спросил Крюгер.

— Нет, сами решили.

Тут, наконец, экзорцист позволил себе выругаться, да так, что Максимилиан покраснел.

— Иди к господину, скажи, чтобы дал пару человек покрепче да половчее. Пусть ко входу идут, нас ждут, – голос ментора сдержанно вибрировал.

Служанка торопливо убежала, подхватив грязный подол. Крюгер покачал головой, повернулся к ученику. Спросил строго:

— Что значит призыв на крови?

— Голос призыва достиг глубины, – с готовностью ответил Максимилиан. – В ней может сидеть очень сильная сущность.

— Еще.

— Кровь дает ключ к пространству, – заученно продолжил мальчик. – Призванная сущность может менять его.

— Еще.

— Кровь сшила их воедино.

— Именно, – ткнул его пальцем экзорцист. – Здесь одними Словами не справимся. Формулы второго порядка выучил?

— Выучил, господин учитель, – в голосе Максимилиана не было и тени сомнения.

— Тогда вот, бери.

Экзорцист снял с пояса плотно набитый кисет с самоцветами, покопался в нем и вытащил оранжевый камень с красными прожилками. Протянул Максимилиану, спросил пытливо:

— Что это?

— Сердолик, «кость огня».

— Верно. Не потеряй. И используй, когда я скажу, ясно?

— Ясно.

Максимилиан принял от ментора самоцвет с такой аккуратностью, будто дремлющий в нем огонь мог вдруг расплескаться. Убрал в свой ляпис, тощий и невзрачный.

— Всё, идем, – Крюгер выпрямился. – Держись рядом, гляди в оба. Подставишься – помогать не стану!

У входной двери с ноги на ногу переминались двое мужчин в стеганых жилетах и в одинаковых бронзовых личинах. В их руках виднелись рогатины, у одного на поясе висел моток веревки.

— Смотрю, подготовились? – обратил внимание фурадор.

— Дык, ясно же зачем понадобились, – ответил один из охранников. – Не в первый раз с одержимыми дело имеем, светлик.

— Люминарх, – холодно поправил его фурадор. – Или господин Крюгер.

Здесь, в своей стихии, он не желал мириться с пренебрежительным наименованием.

— Как скажете, господин люминарх, – покладисто согласился охранник.

— Это не обычный одержимый, – наставительно сказал Крюгер. – Способен на подлость и обман. Поэтому как порог переступим, слушайте только меня, ясно?

— Не боись, господин люминарх, – протянул второй охранник. – Не тупее некоторых.

— Тупее, – не стесняясь ответил Крюгер. – Раз допустили, чтобы на беду ваших кормильцев целый базар пришел поглазеть.

Он кивнул в сторону заметно прибавившейся толпы.

Охранники переглянулись, один из них быстрым шагом дошел до флигеля. Вернулся в сопровождении товарищей, и они, где криками, где пинками, быстро разогнали зевак.

Тем временем из дома продолжали доноситься звуки, от которых холодела душа. Казалось, что несчастную жену торговца уже давно распустили на ленты, и теперь на ее жалких останках пируют и развлекаются десятки горластых и злобных тварей. Трещало дерево, что-то завывало, стены сотрясали мощные удары.

Губы сами собой начали шептать воззвание к Свету, моля о защите и покровительстве.

Но стоило лишь Крюгеру взяться за ручку двери, как тут же всё смолкло и наступила тишина, глубокая и пугающая. Словно нечто ужасное и кровожадное по ту сторону затаилось, поджидая тех, кто посмел оторвать его от дел.