Книга Инквизитор. Хроники последнего бастиона, страница 54 – Денис Бурмистров

— Снабжает, да лучше вашего. Я под обвал попал, баул с припасами камнями завалило.

— Это на западном входе?

— Да.

— Слышал я грохот, — светлый кивнул. — Я то через расщелину спускался.

— Понятно, — темный откинулся на стену. — Спасибо за воду.

Илот тоже отхлебнул, повесил флягу на место. По телу разлилось приятное тепло, усталые мышцы чуть заметно подрагивали. Спросил, скидывая перчатки:

— Ты до того, как уйти в Эвилгард, где служил?

— В Вольных ротах, — уклончиво ответил темный. — На южном побережье.

— Охотники на пиратов, — понимающе кивнул мечник. — А что тебя в отступники-то понесло, одно же дело делали?

— Старая история, — человек провел руками по волосам. — Мне Свет никогда не был по душе. Сам откуда будешь?

— Второй Орденский.

— Легион Клинков? — хмуро уточнил темный.

— Да, — заинтригованно протянул Илот. — Истинный Свет, я это название не слышал с самой Войны Раскола!

— Не думал, что сканийцы уже тогда появились на материке, — темный кашлянул, освобождая легкие от каменной пыли. — Ты же со Скол Скании?

— Я входил в состав сводного отряда наемников, — Илот поднял глаза к потолку, вспоминая события десятилетней давности. — Нас наняли для усиления отрядов имперских скаутов в войне против мятежных феодов. Вот времена были! Леса как леса, поля как поля. Ни тебе нежити, ни тебе чудищ…

— Мне тогда было пять лет, — угрюмо отозвался темный.

— Да? А ты где жил-то?

Человек посмотрел на Илота, странным голосом ответил:

— Поселение Брасток, светлый.

В воздухе повисло немое удивление. Наконец из груди мечника вырвалось:

— Брасток?

— Брасток, светлый. Поселок потомственных травников и шаманов. Гнилая плешь Атиль, как назвали ее храмовники Церкви Света Единого. Ты помнишь Месяц Костров, светлый?

Илот молчал и темный продолжил:

— Мне как раз исполнилось семь. Мы с дедом были в лесу, собирали дикий щавель для лечебных снадобий, когда на деревню с Южного тракта двинулись инквизиторы Церкви и легионеры генерала Экура. На днях староста нашего поселка отказался принять Свет и выдать упорствующих беглых еретиков. Он взашей выгнал проповедника Церкви, который пытался сжечь древних идолов. И тогда Церковь вернулась с армией. Ты знаешь, что было дальше, светлый? Молчишь? — темный понизил голос, заговорил жарче. — Легионеры железной стеной надвигались на поселок. От их чеканного шага поднималась пыль, а грохот стоял такой, словно сотня плотинников забивала в землю сваи. Я помню синие с желтым плюмажи императорских цветов, серебристые штурмовые щиты и руну "Справедливость" на штандартах. А за легионерами, вальяжной поступью, шествовали они, инквизиторы Света в золотых туниках и с томиками Речи в руках. Это были не те инквизиторы, которых сейчас взращивает Ордо Стратиус. Нынешние инквизиторы далеки от религии, они скорее воины, чем клирики. Но тогда храмовники были истинными фанатиками своего дела. О да, ревностными исполнителями воли Царства Света! Рассказать, что было потом?

— Потом был предпринят штурм поселка. Брасток держался неделю, — продолжил повествование Илот. — Шаманы подняли с погоста мертвых, укрывающиеся в поселке ведьмы насылали на солдат болезни и безумие. Палатки легиона кишели гадами и ядовитыми сколопендрами, многие умерли во сне от ночных кошмаров. Потом усилиями клириков магическая защита Брастока пала и имперцы пошли в атаку. Через час все было кончено, а еще через два часа запылали первые инквизиторские костры. С этого и начался месяц, когда Церковь объявила войну язычникам и еретикам.