Книга Панцири, страница 18 – Денис Бурмистров

— Они не обратили внимания, что я был в меньшинстве?

— Неа. Сказали, что великодушно простят тебя, если ты явишься к ним и униженно вычистишь выгребную яму.

— А если не приду?

Вампир пожал плечами, ответил, освежая мое лицо слюной:

— Я не дослушал, дал по шее и прогнал.

— Парламентеров бить нельзя.

— Так то не парламентеры, а оруженосцы. И хари такие гнусные.

— Тогда конечно, всё правильно сделал.

Вампир, удовлетворившись тем, что выполнил свою миссию, хлопнул меня по плечу и удалился.

К девяти часам после полудня я, как и приказал капитан, явился к штабной палатке для несения караула. Сменил полусонного парня из легкой пехоты, заступил на пост.

Терпеть не могу штабные караулы. Торчишь у входа в шатер, как пограничный столб, ни до ветру отойти, ни амуницию ослабить. Начальство постоянно взад-вперед шастает, да каждый раз найдет до чего придраться. А то удумают вопросы каверзные задавать, на которые отвечать надо без промедления и с максимальной пехотной грубостью.

— Солдат, сколько звезд на небе?

— Меньше, чем вшей в обозе интенданта!

— Ха-ха, вот тебе монету!

— Солдат, а что сейчас делает вражеский генерал?

— Наряжается в женское!

— Это зачем?

— Чтобы задрать подол при приближении нашей армии!

— Ха-ха, вот тебе похлопывание по плечу!

Обычно мне не составляло труда позабавить неприхотливую армейскую публику. Но сегодня не было настроения что-то придумывать, изображать бравую придурковатость и выпячивать грудь. Хорошо еще, что ставка нашей экспедиции состояла из полковник-командора Вилсона, двух магнусов, четырех капитанов, двух адъютантов и пяти посыльных. И всё планирование грядущих побед завершилось еще до ужина, так что смена обещала быть спокойной.

Собственно, первые пару часов я откровенно скучал, разглядывая бродящий по лагерю народ, да слушая вопли из палатки хирурга. Немного поболтал со знакомым адъютантом, который поддерживал в шатре бледный свет от лучины. И вроде уже пора отбиваться ко сну, как на горизонте нарисовалась графиня со своим адъютантом. Без доспехов, в охотничьем костюме и короткой курточке, магнус выглядела еще меньше и куда моложе. Я впервые увидел ее так близко, отметил, что наша Фиалка ничего так, симпатичная, хотя, как по мне, слишком худосочная и бледная.

Когда графиня проходила мимо, то надо было бы, конечно, с лязгом вытянуться во фрунт и застыть стальным изваянием. Но я посчитал, что будет много чести, к тому же, вряд ли она знает как подобает вести себя караульному при появлении командования.

Но девушка вдруг остановилась, подняла на меня лицо. Спросила:

— Солдат, вы же из панцирей?

— Так точно, госпожа магнус!

Я вдруг сообразил, что не нацепил ее геральдический знак, никто из нас вне похода не носит этот дурацкий цветок.

Но графиня, оказывается, беспокоилась о другом:

— Спасибо, что сегодня последовали за мной.

Это вышло так по-детски, так наивно, что я даже смутился. Отозвался грубовато:

— Это наша работа, госпожа магнус!

Диана хотела еще что-то сказать, но передумала, кивнула и вошла в шатер. За ней проскользнул адъютант, смерив меня критическим взглядом, но быстро исчез, когда я посмотрел в ответ.

Признаюсь, мне слова графини польстили. Не часто к нам спускаются командиры такого ранга чтобы отблагодарить лично. Искренность девушки подкупала.