Онлайн книга «Хроника посещения (сборник)»
|
Тут-то он и подвалил с шутками, в которых не было ни унции юмора… Давно замечал: как развеселишься не в меру, так и случается какая-нибудь дрянь. Причём, только если трезвый. С пьяным, наверное, высшим силам играть не интересно. Кто-то наверху словно караулит момент, чтобы подбросить тебе под ноги банановую кожуру. Короче, чувствую я, чья-то рука легла мне на плечо: — Господин Шухарт… Ударил я с разворота и в полную силу. Ночной город, знаете ли, девушка рядом, да и нервы натянуты, как тетива. Он ушёл от моего кулака легко и даже будто с издёвкой: экий, мол, ты неуклюжий, дружок. И говорит: — Я знаю, вы влюблены и в этот город, и в эту страну, господин Шухарт. В страну судов и законов. От моего удара уйти – это школа нужна. И шагов я не слышал. Как он подошёл? Парень, похоже, был хорош, хоть и нёс какую-то хрень. Фараон? В джинсах и плотной рубашке, на кумполе – бейсболка… Задвигаю Гуту себе за спину и вежливо так: — С законом у меня порядок, уважаемый. У вас другие сведения? — Вы обожаете закон, не правда ли? – улыбается он. – Иначе что бы вы постоянно нарушали, да? Я к тому, что у меня есть к вам деловое предложение, о котором, с одной стороны, не узнает ни один суд, а с другой… — Мы, спасибо, гуляем, – перебиваю я его. – И вы, смотрю, тоже. Давайте не будем портить чудесную ночь. — Я, собственно, хотел позвать вас с собой в приют. — В какой приют? – не сразу сообразил я. — В тот, который пишут с прописной буквы. – И показал он рукой в сторону Зоны, довольно точно сориентировавшись на Седой квартал, и в груди у меня горячо стало, потому что добраться до этого объекта я мечтал тайно, но страстно, и знали об этом только самые мои близкие… Откуда узнал он? И вот что ещё. В речи парня ощущался трудноуловимый акцент, хоть и говорил он чисто. Причём знакомый акцент. Как у Кирилла, упокой Господи его коммунистическую душу… да ну, ерунда, сказал я себе. Откуда в полумёртвом Хармонте взяться ещё одному русскому? Получаса не прошло, как я оплакал Кирилла, – и нате! — Откуда ты такой? – спрашиваю. – Из-за океана? — Как и ты, местный, – говорит. – У нас вообще столько общего, что ты удивишься. Например, мне тоже двадцать три. И мы с тобой на одной казёнке жрали харчи. Про Алекса Мелка слыхал? И он приподымает свою бейсболку, а под нею – маленький ёжик совершенно белых волос. А на бейсболке, обращаю я внимание, – нашивка, приделанная почему-то сбоку: два перекрещенных арбалета. Слышал я, конечно, про Мелка, когда загорал в исправительном корпусе Лэйк-Джордж. Настоящую фамилию не помню, смешная какая-то, как обычно у русских. Я-то мелочёвку мотал, для сопливого сталкера восемь месяцев – вечность, а Мелок серьёзный клиент был, взяли за грабёж, в нашей тюряге избил кого-то в мясо, так что к моему появлению перевели его в окружную. Много про него болтали: совсем молодой, а уже оброс легендами, как анекдот бородой. Тут Гута дёрнула меня за мокрую куртку: — Проснись, Рэд, какой тебе Приют?! Хотела парня своего непутёвого в чувство привести. Я молчал, не реагировал, тогда схватила она меня и затрясла: — Ты кого слушаешь? Пошли домой, хватит с нас! — Неделю назад я соскочил с полки, – добавил Мелок со значением. — Подожди, маленькая моя, постой, девочка… – прижимаю я Гуту к себе. Она вырвалась, как злая кошка. – Соскочил ты, значит, и сразу – в Приют? |