Книга Хроника посещения (сборник), страница 132 – Олег Бондарев, Дмитрий Силлов, Вадим Филоненко, и др.

Наконец, почему выбрали меня? Имя моё Холдену назвал Стервятник, когда его самого принуждали возглавить группу, и он же подсказал, на чём я сломаюсь. Откупился моим именем, сдрейфил, хоть и полмиллиона стоят на кону. Не дурак Стервятник, знает, где можно рискнуть, а где верное самоубийство. Посчитал, что в этом походе, в случае чего, никого вместо себя не подставишь. Если б можно было расходовать компаньонов, Стервятник, думаю, взял бы себя за поджилки и пошёл… Вот здесь он ошибся. Мог бы и прямо спросить босса. Я спросил. На кой чёрт, дескать, мне этот мальчишка, Шланг ваш, пусть и чутьё у него уникальное? Холден, милашка, отводит меня в сторонку и говорит: ты, господин Шухарт, правильно вопрос ставишь, мальчишка ни мне, ни тебе совершенно незачем, так что, буде такая необходимость, используй его в любом качестве. Для того и берёшь. Главное – вернись с трофеем.

Вот, значит, какие правила игры.

— Я вернусь, – пообещал я ему. – Выпейте чего покрепче, чтобы не страшно было ждать.

И толстячок меня понял. Нехорошо так усмехнулся: ну-ну, запомню эту угрозу.

Миллионами ворочает, а в злости – мелочный. Не позволил мне перед Зоной хлебнуть крепкого, демонстративно вынул мою флягу из вещмешка и отдал её Барри.

4. Отряд на марше

Вынырнули из воды и некоторое время дрейфовали, отдавшись течению. Вышки с прожекторами медленно скрылись за излучиной.

— «Стакан», – вдруг сказал Шланг. – Прямо.

— Стой! – крикнул Шухарт. Хотя, как «стоять» в воде, если течением сносит. – К берегу! – тут же скорректировал он.

— А у правого берега «пастила», – добавил Шланг, попробовав воду на вкус.

— К левому, студень в глотку!

К левому и надо было, так что пока всё по плану. Алекс вышел первым, отстегнул на ходу ласты, содрал с лица маску и встретил остальных, прежде всего – Миледи. Все знали, что она ему нравилась; тридцать шесть лет доктору наук, самый сок. «Адская пастила», то есть термоклин, раскалённый до температуры жидкого железа, обычно тянется по дну вдоль берегов, так что повезло, мог быть и с этой стороны реки. Если, конечно, Шланг не лохматил бабушку. Состояла «пастила» из слоя какого-то дерьма, на которое Зона так щедра.

Шухарт выбрался последним, включил фонарь, не снимая ласт, и с минуту светил на воду. Прямо по течению воздух над поверхностью странно плыл. Похоже, и впрямь «стакан». Всего десять ярдов не доплыли – вот вляпались бы… Спецкостюмчик, говорят, минуту выдерживает даже «стакан», а дальше-то что? За минуту можно молитву прочитать, если скороговоркой…

— Как ты узнал? – спросил Шухарт.

— Ветерок с той стороны, – пожал мальчишка плечами. Унюхал, значит, никакой мистики. – Я уже попадал в такой. Больше не хочу.

Попадал он… И как, интересно, выжил? «Стаканы» бывают либо с кислотой, которая в Зоне чудовищно агрессивна, либо с «ведьминым студнем»; при любом из вариантов – хоронить нечего. Хуже всего, что на карте их бесполезно отмечать, появляются и пропадают.

— Выбрасывайте маяки, – скомандовал Шухарт. – Живо, живо!

У Алекса горсть капсул, которые им навязали вместо гаек, была уже готова, оставалось аккуратно высыпать на глинистый склон и отойти. Он и без приказа поспешил бы избавиться от этих устройств. Ну не любила Зона радио! Брать с собой передатчики было и бесполезно, и опасно. Под водой сигнал не проходил, лишь потому бравая четвёрка и смогла донести маячки до берега…