Книга Хроника посещения (сборник), страница 58 – Олег Бондарев, Дмитрий Силлов, Вадим Филоненко, и др.

— Был. Спасибо Жан-Люку, подбросил клиентов.

Ну, загудели сталкеры, тогда – конечно. Если Жан-Люк, тогда понятно. Жан-Люк туфту не гонит, клиент от него всегда жирный и смачный. И не всем. Из стоящих возле КПП только я да еще вот Дзыга иногда от канадца заказы получает.

— А вот ты скажи, Блондин, – в который раз завел старую шарманку Чупа. – Отчего это только тебе канадец заработок подгоняет?

— А не нужно экономить заварку, евреи, – отвечаю такой же старой шуткой известному жмоту. – Ты, небось, своему агенту отдаешь процента полтора, не больше…

— А ты?

Я сделал страшное лицо, поманил Чупу к себе и громким шепотом сообщил, что лично я подписал кровью договор с Жан-Люком, по которому отдаю ему девяносто процентов гонорара. И весь хабар.

— Ну да? – в очередной раз купился Чупа и почесал рукой в затылке. – А живешь на что?

Пока остальные ржали, меня в сторону отвел Стукарик и сообщил, что Мосол врал, будто скоро получит генеральную лицензию на все экскурсии в Зону и тогда сталкеры либо к нему на поклон пойдут, либо поедут по путевкам Агентства по переселению.

— Угу, – согласился я. – Зону забором колючим обнесет, пулеметы поставит… Ему придется сотню наших государственных законов переписать, да еще и десяток постановлений Организации Объединенных Наций.

— Думаешь, врет?

— А что тут думать?

Тут парни разом повернули головы, резко так, будто в женской раздевалке стенка обвалилась и нужно срочно сиськи рассмотреть, пока девки прикрыться не успели. Только это не стена, это мои клиенты пришли.

Ну, точно верблюды. У каждого за спиной рюкзак выше головы и еще сумка у каждого в руке – здоровенная такая, спортивная. Я когда по молодости в хоккей играл, у меня в такую вся амуниция входила, только клюшка снаружи торчала.

Все, конечно, развеселились. Кто про экспедицию на северный полюс, кто про переезд в Зону на постоянное жительство интересуется, только мне на все наплевать. На все. Хотят тащить – пусть тащат. Сломаются на втором километре – на здоровье, деньги уже у меня, возврат не предусмотрен, максимум, что им полагается, – вызов дежурной «калоши» за их собственный счет.

Так что парни поржали-поржали, да и вернулись к обсуждению перспектив зацепить какую-нибудь бабенку из туристов. И каждый уже присмотрел себе. Хотя, конечно, это не они себе присмотрели, а на них глаз положили. Группы, правда, у них у всех большие, идут на пару часов, первое погружение, так сказать, уединиться один черт не получится, но в номере после возвращения им наверняка начнут наперебой делать предложения поделиться своим счастьем с приезжей исключительно одинокой женщиной.

Они бы и дальше пускали слюну по этому сладкому, хоть и слегка поднадоевшему, поводу, как сверху, с вышки, грянул сирена. И не уйди-уйди общего внимания, не перезвон «прослушайте объявление», а вполне себе настоящий ревун.

У меня аж зубы зачесались, Чупа присел чуть на корточки, а Стукарик заматерился длинно и затейливо, как только он один и умеет.

Соискатели, мать их так, головами покрутили и стоят себе дальше. Понятное дело, им-то о таких штуках не говорят. И в газетах с журналами про такое не пишут. И что писать? Что один раз в полгода, плюс-минус месяц, из Зоны выходит Голем?

Во-первых, всего только один раз в полгода. Во-вторых, чаще всего в месте необитаемом, возле завода, например, или за Гремящими Ключами. И, в-третьих, ровно через час после пересечения границы Зоны голем этот расползается в ком мокрой глины, которая еще через час испаряется без вреда для окружающих. Но если голем за этот час успеет до кого-то из людей дотронуться, или просто ближе чем в метре пройти, то человека лучше всего добить. Пока он сам не покончил с собой от безысходности и разочарования.